Надеясь на то, что капитан не понял, насколько она испугана, Алекс спросила:

— А если я помогу вам, что со мной будет?

— Даю вам слово, что, как только вы сделаете все, что можете, для людей, ждущих внизу, вас невредимой вернут домой.

— И чего стоит слово разбойника и вора?

Майлз болезненно поморщился.

— Разбой — не моя профессия, мадам.

— Не разбой, так контрабанда. Немногим лучше. Нарвались на королевский патруль, да?

Майлз помрачнел.

— Чем меньше вы будете знать о цели нашего пребывания здесь, тем безопаснее будете себя чувствовать, — спокойно ответил он, и по выражению его лица Алекс поняла, что лучше не высказывать дальнейших догадок.

— Хорошо, — кивнула Алекс. — Я не буду больше задавать вопросов. Остается только надеяться, что ваше слово чего-то стоит. Хоть вы и ведете себя развязно, вы, как мне кажется, джентльмен, и, поскольку другой гарантии я все равно не получу, придется положиться на ваше слово. Договорились, ведите меня к раненым.

Майлз вновь предложил даме руку, и вновь она ответила отказом. Сделав несколько шагов в направлении, указанном капитаном, она вдруг остановилась.

— Где мой саквояж?

— Где сумка, Спанглер? — спросил Майлз.

— Вот, капитан.

Деп протиснулся к капитану, распихивая товарищей локтями, и протянул большой кожаный саквояж, а как только Майлз взял его, юркнул обратно в толпу.

Алекс выхватила сумку из рук капитана раньше, чем тот успел возразить.

— Так куда идти, капитан?

— Вниз по ступеням, — ответил Майлз и, обернувшись к своим людям, добавил: — Что стоите как стадо баранов! Расходитесь по местам! Не пропустите сигнала. Как только появится Рассел, дайте мне знать.

Толпа быстро рассеялась, и Майлз догнал Алекс на последней ступеньке лестницы, ведущей к каютам. Проскользнув мимо нее, Майлз пошел впереди, показывая дорогу.

— Касуэл здесь, — сообщил он, указывая на одну из дверей, — но он может подождать.

Майлз остановился возле другой двери и распахнул ее, пропуская Алекс вперед.

Характерный запах разложения ударил в нос. Здесь правила бал смерть. Каюта оказалась уютной и хорошо обставленной. Алекс почему-то сразу решила, что она принадлежит ее провожатому. Окинув взглядом большой письменный стол, книжные полки по левой стене, большой платяной шкаф, Алекс вдруг заметила в дальнем углу комнаты седого матроса, который не спускал с нее изумленных глаз. Кивком ответив на приветствие пожилого моряка, почтительно отступившего в сторону при ее приближении, Алекс подошла к постели своего пациента.

Первое, что она отметила, — вид больного: у него явно был жар, на лбу выступили бисеринки пота. На плечо была наложена повязка не очень умело, но с явным старанием. Сняв плащ, Алекс принялась разбинтовывать рану. С каждым снятым слоем бинта тошнотворный запах становился все сильнее. Александра особенно не удивилась, когда, обнажив рану, увидела гной.

— Когда это случилось? Сколько времени он провел без надлежащей медицинской помощи? — раздраженно спросила Алекс, зло глядя на Майлза, молча стоявшего у постели раненого.

— Около пяти часов.

Алекс нахмурилась и вновь осмотрела рану.

— Этого не может быть. Прошло не меньше суток.

— Уверяю вас, мадам, не более пяти часов. Вы можете ему помочь?

Не отвечая, Алекс склонилась над больным. Осторожно нажав на воспаленный край, она принюхалась к исходящему от раны едкому запаху.

— Белена, — пробормотала она, догадавшись наконец, что могло вызвать столь быстрое разложение и лихорадку.

— Что вы сказали?

— Белена, — повторила Алекс, закатывая рукава платья. — Смертельно ядовитое растение, в соке которого солдаты иногда вымачивают пыжи. Если стрелять с близкого расстояния, кусочки набивки, прилипшие к пуле, попадают в рану. Яд отравляет организм. — Алекс посмотрела Майлзу в глаза. — Вы должны знать, капитан, что, каким бы серьезным ни было ранение, яд куда опаснее. Он убивает почти всегда.

— Так он будет жить или нет?

— Я сомневаюсь, что он выживет.

Майлз рассмеялся коротким циничным смешком:

— Как мило с вашей стороны так меня обнадежить. Успокоили, нечего сказать. Спасибо.

— Вы бы предпочли, чтобы я солгала?

— Я бы предпочел, — зарычал Майлз, — чтобы вы внушили мне уверенность в том, что по крайней мере попытаетесь ему помочь.

— Но это и так ясно!

— Откуда мне знать? Может быть, вы просто выдумали все это. Решили убить его и тем самым ускорить возвращение домой!

— Как вы смеете! — Алекс отшатнулась. — Как можете вы, — задыхаясь прошептала она, — говорить мне такое. Никогда я еще не лишила жизни ни одно существо. Не было случая, чтобы я не сделала все, что в моих силах, чтобы спасти человека!

— Сладко поешь! Но, чтобы получить гарантии, я ставлю свое условие. — Одним прыжком Майлз оказался рядом с Алекс и, больно схватив ее за руку, прорычал: — Имейте в виду, если этот человек умрет, вы никогда не увидите дома! Я ясно выразился?

Седой матрос по имени Оги едва не вскрикнул от удивления: с капитаном творилось нечто странное, но для Алекс эта сцена являлась логичным продолжением их знакомства. Она смотрела в искаженное гневом лицо капитана, не сомневаясь ни секунды в том, что он способен осуществить угрозу. Запястье, сдавленное могучими пальцами, казалось, вот-вот расплющится, но Алекс мужественно терпела.