Во сне я была Мирандой Радугой. Я меняла наряд за нарядом, потому что Миранда стала знаменитой моделью. Я шла по подиуму, мелькали вспышки фотоаппаратов, и все было чудесно, пока не пришла пора примерить зеленое бархатное обтягивающее платье, к которому полагался головной убор из того же самого материала, похожий на гигантскую резинку для волос. Внезапно все вскочили и закричали: «Воровка!», я попыталась стащить с себя головной убор, но он вцепился мне в голову, сжимая так, что я уже не могла дышать, он сбился мне на глаза, закупорил нос и рот, так что я не могла даже закричать…

Я проснулась, задыхаясь и всхлипывая. Во сне я забилась глубоко под одеяло.

Должно быть, я слишком шумно вертелась, потому что в спальню вбежала мама.

— Что случилось, милая?

— Мне… мне приснился кошмар, — пролепетала я, вытирая лицо простыней.

— Только не простыней! Держи платок, ива ты моя плакучая, — сказала мама, прижимая меня к себе. — Расскажи, что тебе приснилось?

— Не помню, — солгала я, обнимая маму. — Но мне было очень страшно.

— Не бойся, мамочка с тобой, — сказала она, убаюкивая меня, как дитя.

Она вложила в мою ладонь Оливию и сказала, что прогнала все кошмары прочь и теперь я могу спать спокойно.

Я очень хотела ей поверить. Но не могла. И когда поутру прозвонил папин будильник, я все еще лежала с открытыми глазами.

Я спустилась к завтраку с больной головой.

— Не выспалась из-за дурного сна, — поняла мама. — Бедняжка Мэнди. — Она ласково потрепала меня за косичку.

— А где же модная прическа? — поинтересовался папа.

Мама нахмурилась.

— Думаю, Мэнди сама все поняла. Рано ей еще носить такие прически. — Мама скрестила руки на груди. — Не одобряю я ее дружбу с Таней. Они проводят вместе слишком много времени. Она чересчур взрослая для нашей дочери. И плохо на нее влияет.

— Что значит — плохо влияет? — мой голос дрогнул.

— Мэнди, во-первых, ты научилась грубить. А вчерашняя сцена у школы… Я не хочу, чтобы ты ходила с Таней в парк. В наши дни на улицах небезопасно.

— Думаю, Таня вполне способна позаботиться о себе и о нашей Мэнди, — сказал папа.

— И все же мне не нравится их дружба. Пускай играют здесь, где я могу за ними присмотреть, но я против того, чтобы они гуляли где попало. Недалеко и до беды, — сказала мама. — Подумай о том, кто эта девочка. Скажи спасибо, что я вообще не запретила Мэнди общаться с ней.

Я застыла на месте.

— Ты что!

— Ну, не преувеличивай, — сказал папа. — Девочки стали хорошими подругами. Наконец-то Мэнди есть с кем играть. Ей очень нужны друзья, особенно после того, что случилось в школе.

Мама даже забыла на миг о Тане.

— Мэнди, тебя перестали дразнить? — спросила она. — Ким больше не говорит тебе обидных слов?

— Нет, она мне вообще ничего не говорит, — ответила я.

— И все же держись от нее подальше, — велела мама.

Я так и делала. В то утро они не ходили за мной по пятам и не шептались за спиной. Похоже, Таня их отпугнула.

Я была ей так благодарна за то, что она встала на мою защиту. Самая лучшая в мире подруга! Если она и украла зеленую резинку, то лишь для того, чтобы сделать мне подарок. Зря я так распереживалась. Я вела себя просто по-детски.

За завтраком я села рядом с Артуром Кингом. Он предложил обучить меня шахматам. Скукотища, как оказалось, страшная. Я думала не об игре, а о том, как Таня зайдет за мной после школы, как мы будем дружить всю жизнь и никто нас не разлучит.

— Мэнди, ты совсем не думаешь. Если ты пойдешь королевой на эту клетку, я смогу взять ее своим конем, — вернул меня к реальности голос Артура.

Но я не могла воспринимать шахматные правила всерьез. Что за королева без пышного платья и длинных волос? Что за конь без копыт и хвоста? Грубые пластмассовые фигурки, не вызывающие желания бороться за их воображаемую судьбу.

Артур обыграл меня так легко, что даже расстроился.

— Мэнди, неужели тебе не понравились шахматы? — спросил он, расставляя фигурки для новой битвы.

— Что-то не очень, — ответила я.

— Тебе просто надо немного подучиться, и тогда ты увидишь, как это весело, — решил Артур. — Я думаю, мы могли бы играть каждый день на большой перемене.

— Посмотрим, — ответила я.

— Если мы будем держаться вместе, Ким, Мелани и Сара не будут к тебе лезть, — добавил Артур.

— Почему это? — не поняла я.