– Конечно, Дипа – мой сын и его. А вот свидетельство о браке. Возьмите его тоже.

Еще один длинный листок бумаги был вручен Карине.

– Мы поженились в Париже, а ребенок родился на Яве, через семь месяцев после того, как он оставил меня.

Карина посмотрела на бумаги. На мгновение ей почудилось в них что-то пугающее и зловещее, но потом она решила, что у нее просто разыгралось воображение. Все, связанное с этой встречей, казалось фантастическим и, поднимаясь по лестнице в агентство Мейси, она вряд ли могла вообразить подобное. Женщина тихо вскрикнула:

– Газетная вырезка – я не могу найти ее!

Она протянула им конверт и в полном изнеможении закрыла глаза.

Миссис Бейгот пошарила в конверте, нашла замусоленный кусок газетной бумаги и отдала Карине. Та прочитала:

"Лондон, Англия. 3 ноября 1901 года. 23 октября на 76 году жизни скончался лорд Линч, лорд-наместник Глостершира. После него наследует его сын".

– Видите, – с каким-то торжеством произнесла миссис Бейгот. – Вот как она узнала, что ее муж получил наследство.

– Здесь не говорится, где живет лорд Линч.

– Не беспокойтесь, у нее есть адрес, – сказала миссис Бейгот и достала из конверта еще одну вырезку, очевидно, журнальную и потому лучше напечатанную. В заметке говорилось:

"Замок Линч, резиденция семейства Линч, – один из самых известных домов в Англии. Он стоит на гребне Котсуолдских холмов и через Эверсхемскую долину глядит на Малвернские холмы. Заложенный еще во времена норманнов, замок с 1092 года служил пристанищем семьи Линч и передавался от отца к сыну".

– Теперь поняли? – спросила миссис Бейгот. – Вам нужен этот знаменитый дом – это факт. Я уже навела справки: ближайшая железнодорожная станция – Мортонин-де-Марш. Ехать надо с Паддингтонского вокзала. Велеть Агнесс поймать вам кэб?

– Нет, нет, подождите минутку! – воскликнула Карина. – Я не могу ехать в таком виде. Мне нужно собрать вещи.

– Вы можете сделать это по дороге, – быстро возразила миссис Бейгот, словно протесты Карины не заслуживали внимания. – Когда заберете мальчика, с души бедняжки будет снята огромная тяжесть. И скажу вам, я надеюсь, что его светлость приедет навестить ее. Мне хотелось бы присутствовать в тот момент, когда она бросит ему в лицо те слова, которые – она говорила мне это – приготовила.

– Но… это невозможно! – заикаясь, проговорила Карина.

– Ничего подобного! – не согласилась с ней миссис Бейгот. – Вы отправляетесь в замок, и чем скорее, тем лучше. На вокзале вам скажут, когда следующий поезд в Мортонин-де-Марш. Если придется подождать, на вокзале есть прекрасные комнаты отдыха. Почти в каждой имеется камин, а если вам захочется перекусить, у вас есть деньги.

Карина беспомощно посмотрела на миссис Бейгот.

– Ну, хорошо. Мне ничего не остается, кроме как сказать «да», – промолвила она после недолгой паузы.

– Вот и молодец! – воскликнула миссис Бейгот. – Сейчас приведу Дипу. Чем-то занят этот маленький постреленок!

Она заковыляла к двери. Карина же застыла в нерешительности, не зная, последовать ли за ней или остаться с леди Линч.

Больная открыла глаза и слабым, прерывающимся голосом проговорила:

– Дипа… уехал?

– Нет, еще нет. Он сейчас придет попрощаться с вами.

– Я люблю его. Я люблю его больше жизни и никогда не рассталась бы с ним. Никогда… никогда… никогда.

Карина почувствовала, как к глазам подступают слезы. Как это страшно – знать, что умираешь, а твой ребенок остается с чужими людьми.

– Я буду заботиться о нем столько, сколько смогу, – сказала она. – Обещаю вам.

Леди Линч, казалось, едва слышала ее. Карина подумала, что больная впала в беспамятство.

– Леди Линч, – тихо позвана она, – леди Линч.

Ответа не было.

Только сейчас Карина заметила, что все еще держит в руке оба свидетельства: о рождении и заключении брака. Она аккуратно положила их в сумку и добавила к ним газетные вырезки. Потом посмотрела на больную. Не было никакого сомнения, что эта женщина обладала когда-то необыкновенной восточной красотой.

На лестнице раздался шум голосов, дверь распахнулась и в комнату вошла миссис Бейгот, держа за руку маленького мальчика. Он вертелся, пританцовывал и что-то тараторил тоненьким голоском. У него были коротко стриженные волосы, маленькие узкие глаза-щелочки. Кожа ребенка, более темная, чем у матери, цветом напоминала золотую гинею.

Мальчик, без сомнения, был истинным сыном Востока, и Карина, охваченная внезапным смятением, спросила себя, что подумает лорд Линч о своем сыне!