– Повзбивав вашим миксером, я тоже решил стать инженером, - поведал Иванову красный как мак мужчина средних лет.
– Скажите, пожалуйста, на какой завод мне лучше устроиться?

– Можете подойти в наш отдел кадров, с 9 до 5 каждые день, - любезно сообщил Иванов. К коллегам, даже самым бездарным, он относился с симпатией, ценя чужой инженерный труд во всех его проявлениях.
– Или вот еще есть хороший завод на Клары Цеткин...

– Скажите, - из-под руки начинающего чертежника вылезла маленькая бойкая девушка, - а как вы сами пришли в мир миксеров?

Иванов вздохнул и начал давно осточертевший ему рассказ:

– Однажды я увидел низко летящий самолет, и его огромные, непрерывно вращающиеся пропеллеры навсегда запали мне в душу...

Из окна за этой сценой с отвращением наблюдали два главных конструктора завода, известные создатели нашумевшего кухонного комбайна. Увы, несмотря на его неоспоримые достоинства, домохозяйки путались в обилии кнопок, приставок и насадок, не используя и трети заложенных в умную машину возможностей.

– Вот, - горько сказал первый.
– Полюбуйся на этого позера - он ведь даже не понимает, какое он ничтожество! А уж его миксер... тьфу, в руки взять противно!

– Конечно, - поддержал его второй.
– Всего одна кнопка, мозгами шевелить не надо - жми и все! Вот какие раньше были венчики! Они заставляли задуматься! Тревожили разум! Стимулировали фантазию! А это? Тьфу! Через десять лет о них и не вспомнят.

Тем не менее, презентация миксера продолжалась. На третьем десятке техпаспортов Иванов перешел в режим автопилота, тупо черкая «с наилучшими пожелаинями» «на добрую память» и «потребителю от инженера».

Толпа начала иссякать только к концу третьего часа. К Иванову наконец-то пробился свежий воздух - к счастью, он автографов требовать не стал.

Еще через час от восторженных потребителей осталось только человек двадцать, собиравшихся в кафе, дабы отпраздновать там сей знаменательный день.

Иванов неловко распрощался, помахал им рукой и на подгибающихся ногах двинулся домой.

– Ынжынер, чирти исчо!
– радостно завопил кто-то ему вслед.

Завернув за угол и убедившись, что за ним никто не увязался, Иванов обессиленно прислонился к стене и с нажимом вытер взмокший лоб мокрой же кепкой.

– И на кой я пошел в инженеры?!
– с отчаянием изрек он.
– Говорила же мне мама: поступай в литературный...