–  Да, я знаю.

–  Правда? И где же ты обычно сидел, на переднем или на заднем сиденье?
– Он рассмеялся и ткнул меня кулаком в плечо. Он делал так же, когда мне было двенадцать, но эти тычки никогда не были достаточно сильными, чтобы причинить боль.
– Я зайду за тобой, когда соберусь домой. Постарайся ничего не сломать.

–  Хорошо.

Я подождал, пока он не скроется в мастерской, а потом лег на тележку и заехал под машину. Я оставил капот и коробку с инструментами открытыми и взял с собой гаечный ключ.

Все это маскировка. На самом деле я не собирался ничего чинить. Я просто не хотел, чтобы меня кто-нибудь увидел.

Сегодня Хабервиль плотно застроен - у нас есть дорогое жилье, план застройки и все такое, - но тогда мы застряли где-то между городом и селом. У нас был продуктовый магазин, а за чертой города старая выработанная каменоломня. Там мы играли, хотя это не разрешалось. Мы были слишком маленькими, чтобы заинтересовать двух полицейских в патрульной машине, да и вся преступность в Ха-бервиле в те времена в основном сводилась к превышению скорости и пьяным дракам субботними вечерами. Изредка, чтобы немного их оживить, в ход шли ножи.

Уилл Джемисон вырос в моем квартале. В то время мне только исполнилось одиннадцать, а он уже был полицейским. Он приходил домой на воскресный обед с матерью каждые выходные, когда ему не выпадало дежурство. Затем прогуливался по округе и делал нам, детям, замечания вроде: «У тебя развязан шнурок, ты нарушаешь закон». А мы в ответ дразнили его: «Эй, а где ваш пистолет?» Он не брал с собой оружие, когда возвращался домой. Мы все смеялись, и он рассказывал нам разные истории про полицейских. Это были хорошие времена.

Уилл был смешной. В смысле, посмеяться можно было с ним, а не над ним. Хотя иногда он нас удивлял. Множество историй из тех, что он нам рассказывал, были откровенным враньем. Вроде байки о том, как он получил машину-17. Согласно его рассказу, полицейские машины не сходили с конвейера, а кочевали стадами в прерии. Ты должен был поймать себе машину и объездить ее, как лошадь. «Будто техасские рейнджеры, - говорил он самым младшим и доверчивым.
– А затем ты подружишься со своей лошадью и вместе с ней будешь кружить по городу в поисках преступников. Сейчас мы используем машины, а не лошадей, - говорил он, - но по сути это одно и то же».

«Однако это еще не все, - продолжал он.
– Тебе нужна машина, которая не сломается и не остановится во время быстрой погони или когда начнут свистеть пули. Тебе нужна машина, которой ты сможешь доверить свою жизнь. Так что я заколдовал свою машину».

Когда он только получил семнадцатую, Уилл намылил ее, а затем смыл мыло водой из шланга на пустой автостоянке под полной октябрьской луной, чтобы очистить ее от всего плохого. После нанес на машину двойной слой воска, чтобы запечатать в ней все хорошее. А потом положил руки на герб, тот, что на двери водителя, и произнес волшебные слова полицейского департамента: «Защищать и служить» [1].

«И все, - говорил он.
– После этого она стала моей. Теперь, если ее не запереть в гараже, она следует за мной, как щенок, и виляет багажником, словно хвостом».

В это не верили даже самые маленькие.

–  Ну и чушь!
– говорил обычно мой брат, задрав нос. Мы все задирали носы после этой истории. Но тем не менее именно она крепко-накрепко засела у меня в памяти, не столько тогда, когда он ее рассказывал, сколько позднее. Она помогла объяснить многое.

Мы никогда не слышали, чтобы офицер Уилл встречался с какой-нибудь девушкой, но зато он с детства обожал машины. Семнадцатая была его ребенком. Он обращался с ней, как с принцессой, постоянно менял масло и держал в порядке двигатель.

–  Если бы она могла пролезть в комнату, он бы брал ее с собой в постель, - жаловалась его мать. Однако точно так же он относился к побитому «форду», который спас и собрал заново, когда был мальчишкой. Вот как он любил машины.

И они платили ему тем же. До нас доходили истории - не сказки офицера Уилла, а рассказы других людей, в том числе полицейских. Истории того типа, которые заставляют вас качать головой и говорить «да ладно» или «ага, так я тебе и поверил». Например, о том, как офицер Уилл гонял по трассе. Какой-то парень проехал знак «Стоп», а когда полицейские попытались его задержать, он рванул от них, выбрался на шоссе и гнал всю дорогу под полторы сотни километров в час, а офицер Уилл сидел у него на хвосте.

–  Я и не знал, что наши машины могут ездить настолько быстро, - говорил позднее кто-то из полицейских.

Погоня закончилась, когда семнадцатая толкнула нарушителя сзади, заставив его машину закрутиться. Машина слетела с дороги и перевернулась. Как выяснилось, водитель, который не пострадал, вез в багажнике пару фунтов марихуаны. Этот толчок, которым закончилась погоня, был искусным маневром, мы такое видели только по телевизору, и нам захотелось узнать, где офицер Уилл научился подобному.