– Наконец-то народ созрел, – удовлетворенно кивнула Аликс, дожевывая пирожок, – Если бы не Гордон, вряд ли бы это случилось.

– Да уж, – усмехнулся Гордон, – Пришел Свободный Человек со сверкающим мечом и на белом коне, поверг одним своим ликом в ужас всех комбинов, и поднял народы на борьбу.

– Зря ты ерничаешь, Гордон, – покосился на него Кляйнер, – Так и было на самом деле. Ты дал людям веру в освобождение. Ты для них всегда был символом борьбы, непокорности, силы. Ты показал им, что сбросить хозяйский ошейник можно! И я полностью разделяю их мнение. Я горжусь, что когда-то был твоим учителем.

Фриман даже не смог ничего сказать от смущения. Ситуацию спас спохватившийся Кляйнер, вскочив из-за стола.

– Боже как я мог забыть? Тут вас дожидается один ваш друг…

И он открыл механическую дверь кладовой, где раньше хранился костюм Гордона.

– Пес? – радостно воскликнула Аликс.

И огромная махина, грохоча железными конечностями, выкатилась в лабораторию, ликующе взвыв. Фриман вскочил, когда неосторожная рука Пса чуть не снесла ему голову. Робот всей тяжестью навалился на хрупкую девушку – но Фриман увидел, что робот с искренней осторожностью лишь слегка сжал ее в своих стальных объятиях. Девушка весело рассмеялась, погладив Пса по манипулятору.

– Вот уж не думал, что роботы могут любить, – пробормотал Гордон.

– Этот – может, – заверила его Аликс, высвобождаясь из объятий.

– Вот видите? – довольно улыбнулся Кляйнер, – Все не так уж и плохо! С ним у вас будет надежная помощь и защита.

– Прекрасно, – Фриман отставил в сторону тяжелый автомат и, взглядом спросив разрешения, взял в руки дробовик Кляйнера. В нем снова проснулась жажда действий. Он уже замечал за собой эти боевые рефлексы. Будь они прокляты! Они появились у него после тех дней в Черной Мезе, черных дней… Внезапно подала голос видеораций со стеллажей.

– Док, вы слишите меня? – на черно-белом мониторе, агонизирующим от помех, возникло серьезное лицо Барни Калхуна.

Все подбежали к рации.

– Да, Барни, – подтвердил Кляйнер, – И, кстати, я больше не один!

– Ого, ну это действительно хорошие новости! – вскликнул Барни, глядя через камеру на Гордона и Аликс, – Как вы там, ребята? Я знал, что вы живы, знал…

Гордон улыбнулся Калхуну, но его взгляд соскользнул на пейзаж за ним. Это уже больше не было похоже на город. Скорее – на развалины Хиросимы… Что же произошло за эту неделю?

– Мы сейчас готовим плацдарм для наступления к Цитадели, – сообщил Барни, оглянувшись на звуки выстрелов.

Позади него пробежали несколько повстанцев, паля из пистолетов.

– Барни, мы с Псом сейчас отправимся к тебе, – сообщил ему Гордон, – Так что ждите подмоги, за нами не заржавеет! А Аликс позаботится о докторе Кляйнере, его нужно отвести в безопасное место… Она присоединится к нам потом.

Аликс покосилась на Фримана, но ничего не сказала.

– Вот и отлично, – Барни снова посерьезнел, снова оглянувшись, – Я помогу, чем смогу. Пес знает дорогу, от тебя отведет. Ох, черт… Атака справа!

Последние слова он изо всех сил проорал куда-то в сторону – и камера отключилась. Присутствующие в лаборатории переглянулись.

– Всем все ясно? – подытожил заволновавшийся Фриман, – Надо спешить. Так, я с Псом иду к Барни, дальше мы пробиваемся к Цитадели. Потом, может быть, берем Аликс, и идем за Илаем. Как вам такой план? Так, возражений нет. Аликс, ты уже знаешь, где вы спрячетесь?

– Недалеко отсюда есть туннель в одну из станций повстанцев, – кивнула Аликс, – Там хозяйничают вортигонты, они помогут доктору Кляйнеру добраться до Восточной Черной Мезы.

– Черт, там может быть она… Хотя, по логике, Моссман тоже должна быть в Цитадели, на правах компаньонки нашего Администратора… Ладно, отправляйтесь туда.

Фриман с сомнением оглядел громадину Пса и, не зная, как вообще общаться с этим чудом техники, присвистнул, как собачке, и позвал:

– Ну что, идем? К ноге!

Пес, дружелюбно взвыв, кинулся к Гордону, чуть не снеся его. Гордон успел отскочить в сторону, а Пес, исправив узость дверного косяка по себя, уже ждал его в коридоре. Подзарядив костюм у зарядника Кляйнера, Гордон пошел на выход.

– Идите по шахте лифта, – махнула Фриману Аликс, – Да, и береги себя, Гордон. Я не прощу себе, если с тобой что-то случится.

– Это я не прощу, если с тобой что-нибудь случится! – рассмеялся Гордон, и не сдержав сарказма добавил, – Тебе не в первый раз отпускать меня в такое пекло…

Аликс, покосившись на него, все же улыбнулась и, махнув ему рукой, отошла к Кляйнеру, который как-то растерянно оглядывался. Фриман начал отходить к дверям, поглядывая на ученого.

– Пойдемте, доктор, нам нельзя тут больше оставаться, – тронула Кляйнера за плечо девушка.