Все это - ГАЛАХА, ПОЛУЧЕННАЯ МОШЕ НА СИНАЕ.

ОСКВЕРНИЛСЯ ВЕСЬ, ИЛИ осквернилась ЕГО БОЛЬШАЯ ЧАСТЬ - СЖИГАЮТ ЕГО ПЕРЕД ЗАМКОМ НА ДРОВАХ, приготовленных для ЖЕРТВЕННИКА. ОСКВЕРНИЛАСЬ ЕГО МЕНЬШАЯ ЧАСТЬ - СЖИГАЮТ ЕГО И ТАКЖЕ НОТАР НА СВОИХ КРЫШАХ НА СОБСТВЕННЫХ ДРОВАХ. СКУПЦЫ СЖИГАЮТ ЕГО ПЕРЕД ЗАМКОМ, ЧТОБЫ ВОСПОЛЬЗОВАТЬСЯ ДРОВАМИ, приготовленными для ЖЕРТВЕННИКА.

ОСКВЕРНИЛСЯ песах ВЕСЬ, ИЛИ осквернилась ЕГО БОЛЬШАЯ ЧАСТЬ - он подлежит сожжению, как и нотар. Тогда СЖИГАЮТ ЕГО ПЕРЕД ЗАМКОМ - то есть, по мнению раби Йоханана, на Храмовой горе около места с таким названием (согласно некоторым комментаторам, там стояла башня), по мнению же Рейш-Лакиша, перед самим Храмом (Йома 2а; и см. выше 3:8).

Однако Галаха говорит, что все святыни, подлежащие сожжению, сжигают там, где их едят. Отсюда следует, что песах можно сжигать на всей территории Иерусалима - так как есть его можно во всем городе. Однако мудрецы постановили, что оскверненный песах сжигают на Храмовой горе на глазах у всех. Дело в том, что в самом факте осквернения жертвоприношения - хоть всего, хоть большей части его - есть доля вины его хозяина, и этой мерой мудрецы хотели так пристыдить его, чтобы на следующий год он бережнее относился к своему песаху и не допустил бы его осквернения.

И сжигают оскверненный песах НА ДРОВАХ, приготовленных для ЖЕРТВЕННИКА.

На вопрос, почему не сжигают его на дровах, принадлежащих его хозяину, Гемара дает два разных ответа. Рав Йосеф говорит: чтобы не было стыдно беднякам, у которых нет собственных дров. Рава же говорит: чтобы не вызывать подозрений (если после сожжения песаха останутся дрова, и человек заберет их обратно к себе домой, его могут заподозрить в том, что он украл дрова, предназначенные для жертвенника, и к тому же совершает еще один грех, используя святыню для своих личных нужд, - Раши). Отсюда следует, что, по мнению Равы, если песах хотят сжечь на соломе и камышах, не пригодных для жертвенника, их можно взять из собственного дома - потому что такой материал ни у кого не вызовет подозрений. И именно так постановляет Рамбам (Законы о жертвоприношении песах 4:3).

ОСКВЕРНИЛАСЬ ЕГО - песаха - МЕНЬШАЯ ЧАСТЬ - СЖИГАЮТ ЕГО И ТАКЖЕ НОТАР - остатки ритуально чистого песаха, которые должны быть сожжены (Шмот 12:6) - НА СВОИХ КРЫШАХ - по указанной выше причине: святыни сжигают там, где едят их, а песах можно есть во всем Иерусалиме - НА СОБСТВЕННЫХ ДРОВАХ - потому что если для этого будут использовать дрова, заготовленные для жертвенника, может случиться, что у кого-нибудь останется какое-то их количество неиспользованным, и он употребит его для собственных нужд.

СКУПЦЫ - берегущие свои дрова - СЖИГАЮТ ЕГО - песах, меньшая часть которого осквернилась, и даже нотар чистого песаха - ПЕРЕД ЗАМКОМ, ЧТОБЫ ВОСПОЛЬЗОВАТЬСЯ для этого ДРОВАМИ, приготовленными для ЖЕРТВЕННИКА.

"Тосафот" разъясняют, что это не является профанацией святыни потому, что бейт-дин с самого начала допускает возможность того, что скупцы придут использовать дрова, заготовленные для жертвенника, чтобы сжечь оскверненный на малую часть песах или нотар. Бейт-дин допускает это из опасения, что иначе скупцы вообще не станут сжигать его и тем самым нарушат заповедь Торы. И для гостя, не живущего в Иерусалиме, а потому не имеющего собственных дров, мудрецы тоже сделали исключение, приравняв его к скупцам (см. выше 3:5).

ПЕСАХ, КОТОРЫЙ ВЫШЕЛ ИЛИ ОСКВЕРНИЛСЯ, ДОЛЖЕН БЫТЬ СОЖЖЕН НЕМЕДЛЕННО. ОСКВЕРНИЛИСЬ его ХОЗЯЕВА ИЛИ УМЕРЛИ - ОН ДОЛЖЕН НАЧАТЬ ПОРТИТЬСЯ И БЫТЬ СОЖЖЕН ШЕСТНАДЦАТОГО. РАБИ ЙОХАНАН БЕН БРОКА ГОВОРИТ: И ЭТОТ ТОЖЕ ДОЛЖЕН БЫТЬ СОЖЖЕН НЕМЕДЛЕННО, ПОТОМУ ЧТО НЕТ НИКОГО, КТО ЕГО БУДЕТ ЕСТЬ.

Эта мишна сообщает еще некоторые законы о песахе, который стал негодным или был осквернен.

ПЕСАХ, КОТОРЫЙ ВЫШЕЛ - то есть мясо жертвы песах, которое вынесли 14 нисана за городскую стену Иерусалима, сделав его тем самым негодным - как любую малую святыню, которую можно есть только на территории Иерусалима внутри городской стены (Звахим 14:8), - ИЛИ ОСКВЕРНИЛСЯ - 14 нисана, - ДОЛЖЕН БЫТЬ СОЖЖЕН НЕМЕДЛЕННО, так как весь стал негодным.

ОСКВЕРНИЛИСЬ его ХОЗЯЕВА ИЛИ УМЕРХИ, и теперь нет никого, кто его будет есть, - ОН ДОЛЖЕН НАЧАТЬ ПОРТИТЬСЯ.

В подлиннике сказано: "теубар цурато" - что буквально означает "пусть изменится его внешний вид". То есть: поскольку негодность этого песаха не связана с ним самим, а проистекает от внешней причины, его не сжигают сразу же, а оставляют на всю ночь, чтобы он стал нотар.

И БЫТЬ СОЖЖЕН ШЕСТНАДЦАТОГО нисана, то есть в первый день хол-гамоэда. 15 нисана сжечь его невозможно - в праздник не сжигают святыни, поэтому он должен быть сожжен шестнадцатого, как прочий нотар.

РАБИ ЙОХАНАН БЕН БРОКА ГОВОРИТ: И ЭТОТ ТОЖЕ - песах, хозяева которого стали ритуально нечисты или умерли, - ДОЛЖЕН БЫТЬ СОЖЖЕН НЕМЕДЛЕННО - 14 нисана, - ПОТОМУ ЧТО НЕТ НИКОГО, КТО ЕГО БУДЕТ ЕСТЬ.

Гемара разъясняет, что раби Йоханан бен Брока не возражает первому танаю, но считает, что в случае, если осквернились или умерли хозяева песаха раньше, чем его кровью плеснули на жертвенник, поскольку мясо его так и не стало разрешенным в пищу, это все равно, как если бы причина его непригодности была в нем самом. Однако если это произошло с хозяевами уже после того, как его кровью плеснули на жертвенник, раби Йоханан бен Брока согласен, что этот песах не сжигают немедленно.