Зибольд напечатал статью в известнейшем немецком журнале о том, что хотя договор с японцами подписан коммодором Перри, но подлинным открывателем Японии являются не американцы, а русский адмирал Путятин. Знаменитый ученый это доказывал.

Одновременно одна из английских газет Путятину приписала всю честь открытия Японии, несмотря на то что Англия уже вступала в войну. Раздались отклики в Швеции, нашлись сторонники Путятина. И только русские газеты и русское общество отдавали дань успеху американцев, умалчивая о Путятине, как о ком-то, кажется, неизвестном. В царской столице, видимо, судили, как всегда: «Куда уж нам-то лезть!»

… Перри испытал сильнейший сердечный приступ, видя эту низкую зависть тех, кого считал своими союзниками. Образованная Европа предавала свободную Америку, становясь на сторону хитрых казаков.

В скором времени после этого Перри, возвратясь домой, заболел.

В Японию шли не одни. На реке Вусунг у Шанхая долго ждали прибытия французского адмирала на корабле «Жанна д'Арк». Француз пришел и сел на мель. У французов нет опыта, нет достаточного умения входить в китайские реки. Английские пароходы тянули корабль с мели, и когда наконец после долгих стараний он всплыл, то оказалось, что потребуется длительный ремонт, который займет более месяца. А стоял август.

– Какой же смысл ждать? – сказал сэр Джеймс Стирлинг. – Потеряем месяц и не успеем из-за нашего галантного союзника начать в этом году военные действия.

Французов ждали, из-за них упущено время, а если еще ждать, то впереди катастрофа, которую не простит адмиралу его враг, гонконгский губернатор. Боуринг открывает школы, газеты, строит церкви, он популярен. Ему, а не Эллиоту, старому морскому волку, приписывается вся честь воссоединения Гонконга, и он чуть ли не основателем города себя считает.

План Стирлинга ясен. Поход в Японию для заключения договора. В октябре эскадрой посещаются русские заселения на Охотском побережье и на устье Амура, в то время как мощная эскадра Прайса в сентябре уничтожает порт и крепость Петропавловск-на-Камчатке и все русские заселения на Курильских островах. С наступлением холодов эскадра Стирлинга возвращается в Японию, в ее открытые по договору порты, для ремонта, пополнения запасов продовольствия, зимует в Японии. Проходят Рождество и Новый год. Есть ли там елки? Индейки – с собой, но елки не возьмешь; их и нет ни в Гонконге, ни в Шанхае.

Стирлинг, войдя в Нагасаки с такой мощной эскадрой, сошлется на договор с Америкой и потребует все права. А потом – погоня за эскадрой Путятина, ушедшей к русским берегам. Где же сам Путятин? Один из американских китобоев доставил в Шанхай сведения, что Путятин на единственном корабле собирается в Хакодате. Жаль, что не в Нагасаки.

Пароходы с машинами известных фирм прошли за один день от Шанхая до Нагасаки. Так, 8 сентября по западному календарю Стирлинг с эскадрой был в виду Нагасаки. Как человек пожилой, он готов к походу на север, и к зимовке в Японии, и к новому походу еще. Он не скучает о семье и доме. Сын с собой, а все остальное тревожит мало.

Хотя «галантный союзник» отстал и затянулся в шанхайский док, но эскадра носит союзный характер, дух сотрудничества подкрепляет благородство британцев, и требования к японским бюрократам будут категорические. Без союзников все же лучше. Это закон флота. Драться надо так, чтобы можно было прежде всего наказывать своих, а не разводить с «галантным союзником» японские церемонии. Хорошо! Пусть стоит в шанхайском доке!

Четыре корабля, вытянувшись в линию, заняли боевую позицию. Артиллерия приготовлена к бою. Красные мундиры убраны в глубь корабля. Морская пехота – это заключительный аккорд.

Нагасакский губернатор князь Чикугу но ками давно уж стал прогрессивным человеком. Иначе лишится выгод и служебного положения. А известно, что самая выгодная служба в Японии – быть нагасакским губернатором. Почему? Это опять пришлось бы долго рассказывать князю, если бы даже спросил родной сын. Тут ведь фактории голландцев и китайцев. Тут множество японских купцов. Остальное ясно.

Не прошло еще двух лет с тех пор, как нагасакские губернаторы хотели подвести к борту «Паллады» джонку с порохом, чтобы взорвать невежественных эбису. Но времена переменились, бешеный прогресс захлестнул и старых князей юга.

На эскадру посланы чиновники. Эскадре сразу разрешено войти в бухту, послано что-то вроде приглашения. Но какие действительно энергичные математики и ученые пришли на этих кораблях! Войдя в бухту, они бросили якорь и сразу заметили и сосчитали наведенные с берега и с острова тройные ряды жерл артиллерийских орудий. Какая перемена с тех пор, как тут были русские! И все шутили, и все издевались над японской береговой артиллерией! А теперь тут поставлены новые пушки, отлитые Эгава Тародзаэмоном, и пушки, купленные через голландцев. В прошлом году сюда в качестве посла на переговоры с Путятиным приезжал бывший начальник береговой охраны страны Кавадзи. Сравнив корабельную артиллерию эбису с нагасакской, он приказал перевооружаться. Он также посетил голландскую и китайскую фактории и вел там тайные переговоры от имени правительства. В Нагасаки на островке стоит маленькая голландская фактория, такая же маленькая, как сама Голландия на карте мира. В свое время, когда шла наполеоновская война, англичане постарались, чтобы в закрытой стране узнали, что Голландия, с которой Япония торгует, и единственная из европейских стран, которой дозволено иметь факторию в Японии, уже не существует. Она завоевана Наполеоном.