"Конечно же", ответил Стоун, позволив увести себя в кабинет Вэнса, комнату средних размеров, стены которой были отделаны античными сосновыми панелями. Удобно устроившись, Стармак первым начал разговор.

"Слушай, у меня много предприятий на Западном побережье и кой-какой бизнес в Нью-Йорке. Я собираюсь изменить свое официальное представительство там, и подумал, а не мог бы ты представлять мои интересы"?

"Это очень заманчиво, мистер Стармак"…

"Пожалуйста, зови меня Дэвид".

"Дэвид. Что за бизнес в Нью-Йорке"?

"Кое-какая собственность. У меня есть несколько ресторанов, и со своими друзьями я хотел бы развить их сеть. Я также инвестирую в бизнесы: покупаю, продаю. Иногда веду судебные тяжбы. Я по образованию - адвокат, но уже много лет не практиковал".

"Должен признаться, у меня самого нет продолжительного опыта ни на рынке недвижимости, ни в ресторанном бизнесе".

"Я в курсе дела. Во второй половине дня я беседовал с мистером Вильямом Эггерсом из "Вудман и Вэлд". Тот сказал, что так как ты консультируешь его фирму, они готовы оказать поддержку и помощь в разных сферах, когда нужно".

Стоуну было не по себе. Такого он не ожидал.

"Кто представляет Вас в данный момент"?

"Мои главные адвокаты - Хайд, Тайсон, МакЭлхни и Вэйд, но, со временем, я собираюсь сделать некоторые перестановки".

"Какими суммами счетов они оперируют в Ваших делах"?

"Порядка миллиона долларов ежегодно. Конечно, ты должен продолжать дела с "Вудман и Вэлд", но все счета будут проходить через твои руки, и, как я себе это представляю, ты мог бы получать большую часть комиссионных. Кроме того, имеются возможности инвестировать твои доходы в разные предприятия с исключительно хорошими шансами на их прирост".

"Мистер Стармак, могу я быть откровенным…?

"Я был бы признателен…".

"Мы встретились только сегодня вечером. Вы знаете обо мне и о моих способностях совсем немного. Почему же Вы желаете, чтобы я представлял Ваши интересы"?

"Стоун, я знаю гораздо больше о тебе, чем ты думаешь: знаю о твоей работе в полиции Нью-Йорка, знаю об основных судебных делах, которые ты вел и знаю, как ты умеешь преподнести самого себя".

"Вы должны понять, что "Вудман и Вэлд" имеют право распоряжаться моим временем, и я ценю эту организацию. Я не сумел бы представлять Вас, как своего единственного клиента".

"Конечно же, Стоун, я понимаю это. Я же не просто выдумал свое предложение".

"Вы не производите впечатление человека, способного сделать это", сказал Стоун.

"Вот именно. Пойми, главное, что мне нужно от адвоката - это его способности, то как он ведет себя в разных ситуациях. Я стараюсь избегать тяжбы, где возможно, но люблю, чтобы было, по-моему".

Стоун улыбнулся. "Как и все клиенты. Дэвид, я не думаю, что в состоянии дать Вам немедленный ответ. Несомненно, предложение исключительно заманчиво, но считаю, что должен поговорить об этом с Биллом Эггерсом, желательно, с глазу на глаз, а пока собираюсь пробыть здесь с неделю, если не дольше".

"Само собой. Скажу тебе вот что: я должен кое-что сделать в ближайшие несколько дней, но собираюсь быть в Нью-Йорке не позже следующей недели. Почему бы нам не сесть и не потолковать об этом на месте. Я подберу кое-какие детали по моей текущей ситуации, и мы сможем обсудить их в рабочем порядке".

"Это звучит весьма заманчиво". Они обменялись визитками, пожали друг другу руки и присоединились к остальным гостям.

За чашкой кофе Баррингтон обменялся взглядом с Бетти Саусард и кивнул ей в сторону дверей. Она улыбнулась и кивнула в ответ, а чуть позже он попрощался с хозяином и вышел из дома примерно через минуту после нее.

Стоун въехал на стоянку при гостинице Бел-Эйр и отдал служащему ключи от машины. В вестибюле отеля он спросил, где находится бар. Помещение его удивило; оно было больше английским, чем калифорнийским, и отделано темным деревом. В красивом камине пылал огонь. Он увидел Бетти, сидящую на небольшом диванчике возле камина. Неподалеку хлопотал официант. Шел одиннадцатый час, и в комнате было немноголюдно.

Баррингтон сел с рядом Бетти и заказал бренди. "Спасибо, что пришла. Жаль, что нам так и не удалось пообщаться на вечеринке".

"Видишь ли, я должна была пасти журналистку Арлин. Вэнс просил меня устроить так, чтобы она не разговаривала подолгу с каждым гостем. Его очень беспокоило ее присутствие, и я до сих пор не могу понять, зачем она ему понадобилась, а когда я спросила, он не ответил".

"Уверен, что у него были на то свои причины". Баррингтон почувствовал некую неловкость оттого, что знал то, чего не знала она.

"Не обязательно. Просто я настолько связана с ним по работе, что очень трудно что-либо от меня утаить". Она улыбнулась. "Знаешь, ты был гвоздем программы вечера".