Рэти не могла не признать, что дочь генерала Боулза должна нравиться мужчинам, и эта мысль удовольствия ей не доставила. Она пожалела, что в архиве Лайта нет голограммы Сю. Очень хотелось бы узнать, что скрывается за томной улыбкой этой высокомерной законодательницы мод.

Увидев Боулза, Рэти ответила на его солдафонский поклон небрежным кивком и злорадно усмехнулась. Она вспомнила безобразно раздувшиеся структуры его инстинктов, уродливо извивавшиеся лианы гипертрофированных эмоций. Как бы искусно ни носил генерал маску безмятежного спокойствия и надменной учтивости, Рэти хорошо знала, какие страсти гложут его днем и ночью.

Наконец появился и Торн, излучавший оптимизм преуспевающего человека. Он совершил ритуал поздравлений и взаимных приветствий, жену одарил нежной улыбкой счастливого супруга и один за другим осушил два бокала. Как и надеялась Рэти, увидев ее, Торн поспешил к ней с третьим бокалом в руке.

Они сели на два дивана, которых телекомнаты свели в один, и могли разговаривать, чуть ли не соприкасаясь руками.

— Выпьем, Рэти, я тебя давно не видел.

Рэти протянула руку к своему автомату-поставщику и взяла готовый коктейль. В такие дни и вино и еда подавались обычным путем, но согласно меню, составленному и оплаченному устроителем приема.

— Выпьем, Дэви, хотя я по тебе не соскучилась.

— Я знаю, ты скучаешь по другому и завидую. Кстати, Рэти, ты давно видела Гарри?

Вопрос прозвучал не как случайная фраза в светской болтовне. Рэти почувствовала в его тоне не безразличие, а заинтересованность, и у нее мелькнула смешная мысль. Не собирается ли Дэви использовать ее в том же качестве, в каком она уже помогала Гарри?

— Не очень.

— Удивительный человек, — с оттенком печали произнес Торн. — Поистине безумный гений.

— Если ты будешь плохо говорить о Гарри, я плесну это пойло в твои бесстыжие глаза. Ты его не видел несколько лет. Как ты можешь называть его безумным?

— Единственно, кто не меняется, это ты, Рэти. Всегда восхищался тобой. Ты меня не поняла. Ни когда ни одного дурного слова о Гарри я не скажу. Мне жаль его… Он, видимо, не вводит тебя в курс своих дел. А ведь он добился огромных успехов. Добился и по-прежнему прозябает.

Торн горестно развел руками. Должно быть, он уже порядочно выпил и говорил с пьяной откровенностью.

— Откуда ты знаешь о его успехах? — спросила Рэти.

— Догадываюсь. Когда стало известным чудо рук Силвера, я понял, что это дело Гарри. Витаген стал реальностью. При желании Гарри мог бы стать богатейшим человеком… После этого прошло много времени, и я уверен, что он не топтался на месте.

— А почему это так тебя волнует? У вас с ним всегда были разные представления о прозябании и процветании.

— Он мне нужен. — Торн приблизил свои губы к самому уху Рэти и заговорщически зашептал: — Понимаешь — нужен. Как союзник нужен. Вместе с ним мы перевернули бы мир.

— А зачем его переворачивать?

Торн уставился на нее непонимающими глазами:

— Ты что — прикидываешься дурой? Неужели ты не видишь, что все катится в пропасть? Все! — Торн обвел рукой гостей, бесценную обстановку, которая их окружала. — Всему этому скоро конец. Нам нужно сплотиться, Рэти.

— Ты думаешь, что, сплотившись с тобой, мне будет приятней проваливаться?

— Если мы сплотимся… Все самые светлые умы, такие, как Гарри… Не мы провалимся, а они, — Торн протянул руку куда-то вовне. — Они! И ахнуть не успеют.

— Ты пьян, Дэви, и несешь скучную чушь. От таких пророчеств меня тошнит.

— Я не пьян и не пророк. Я — человек дела, Рэти. Помоги мне уговорить Лайта выбраться из кельи и вступить в большой мир. Вступить одним из его хозяев.

— Уговаривай сам. У меня с ним хватает других тем для разговоров.

— Но это вопрос жизни и смерти.

— Вот и выскажи ему это.

— Я боюсь, что он не захочет со мной встретиться.

— Ты мне надоел, Дэви.

— Скажи ему, что я очень хочу его видеть. Это очень важно! И для него, и для тебя.

Рэти подумала, что все равно передаст этот разговор Гарри, и милостиво проронила:

— Ладно уж… Чего не сделаешь, когда проваливаешься… Я выключаюсь.

Рэти осталась одна.

Торн без удивления выслушал согласие Зюдера испытать свои силы на новой должности и уверенно сказал:

— Справишься, Арт! Дело простое. Изучи инструкцию и приступай. Будь строг и не иди у них на поводу.

Основной пункт инструкции гласил: «Всемерно ограничивать круг интересов мэшин-менов проблематикой, имеющей непосредственное отношение к их обязанностям. Пресекать поступление информации, способной вызвать у них мысли, несовместимые с интересами фирмы».