Между прочим, лошадь в полной броне под всадником в броне же тоже могла плыть. Сколько весил конский доспех? 20—40 кг — считанные проценты от собственного веса огромного рыцарского коня. На резвость общая нагрузка все же влияла достаточно серьезно: лошадей пускали в галоп лишь в тех случаях, когда без этого было никак не обойтись. Прежде всего, конечно, при таранной сшибке с врагом. Впрочем, даже в XV в. конь редко имел полную броню: чаще — налобник, нагрудник (порой, в зависимости от типа противника, важней оказывался закрывающий шею наборный «шарф») и/или боевая попона.

Завершая разговор о плавании, скажем: в до-латный период это тоже было возможно, хотя полная кольчатая броня в целом не легче высокоразвитых лат. Особенно когда она усилена каким-либо пластинчатым набором (чаще всего — типа «бригандина», кожаным со стальным подбоем: забавной пародией на эту броню дополнил свою не менее забавную кольчугу киношный Арагорн перед битвой за Хельмову Падь) поверх торса. Вдобавок это защитное вооружение содержит куда больше «разбухающих» элементов: ведь у него гораздо сильнее выражен толстый амортизирующий подклад — стеганый, войлочный, даже меховой.

(Читатели, видно, все ждут, когда же, наконец, речь зайдет о Ледовом побоище. Не дождетесь: каноническое описание этой битвы имеет к реальности такое же отношение, как фэнтези «Малая земля» к реалиям Великой Отечественной. И по тем же причинам — «генсек» изволил лично копье преломить! Скажем лишь, что разворачивайся Ледовое побоище так, как призывает нас видеть сложившийся канон, — оно завершилось бы через миг после начала. Вничью. На дне.)

Теперь — о сроке носки. В латах вполне можно было сражаться полный рабочий день, особенно если «перерыв на обед» разбить этак на четыре четвертьчасовые паузы (реально возникали и более длительные перерывы). Шлем в такие перерывы все же желательно снимать: это вообще наиболее «утомительная» часть латной брони. Не сражаясь, но ожидая сражения, латы можно было носить не снимая (точнее, время от времени снимая отдельные детали — как вы уже догадались, не только шлем…) и несколько дней. Разумеется, для этого требовалась дьявольская тренированность — и она действительно была. Вряд ли меньшая, чем в лучших боевых системах Востока…

Можно ли облачиться в такой доспех одному? И сколько длится процесс облачения? Сперва ответим на второй вопрос. Даже при одном помощнике (а их чаще бывало двое) это занимает считанные минуты. Все же не такой это и малый срок, особенно при внезапном нападении — поэтому иногда в спешке «накидывали» лишь защиту корпуса и шлем. Иные ландскнехтские доспехи (помощники все-таки будут, а вот слуг не положено!) для простоты «сборки-разборки» имели кирасу, шарнирно сочлененную с набедренниками и наплечниками — у рыцарей эти детали чаще пристегивались отдельно. Но вот чтоб совсем одному облечься… Все-таки требуется не только пряжки и т. п. застегнуть, но и зафиксировать саму броню сквозь специальные отверстия специальными шнурами, крепящимися на поддоспешном одеянии (именно они, особенно — в декоративном варианте, образуют на дворянском — рыцарском! — костюме то обилие лент, подвязок и застежек, столь раздражавшее дона Румату). Дополнительный вывод: далеко не поверх любой одежды можно латы «натянуть» (т. е. вообще-то — поверх любой, но тогда не обижайся, если на пятой секунде схватки от вражеского удара всю твою защитную систему «перекосит» и шестая секунда станет последней).

Раз уж заговорили о моде… В момент появления лат (точнее — несколько ранее: порой и на много десятилетий!) следует ожидать всплеска «модных конструкций» в одежде, прическах, даже архитектуре и судостроении. Ведь сам латный доспех — своего рода следствие игры с «выкройками», расчета углов, плоскостей, полусфер, сочленений и т. д.; понимания того, что броня не обязана быть бесформенной или даже просто повторять контур тела. А до такого понимания цивилизация должна дозреть. Даже щедрая мыслью античность, например, дозрела не вполне: «крупноблочных» конструкций хватало, но контуры их в основном именно что копировали обводы человеческого тела. Иными словами: появились латники — значит, Ренессанс уже на носу. Такой вот культурный срез. А нет в данной культуре лат — стало быть, или еще раннее средневековье, или предренессансный процесс пошел, скажем так, весьма своеобразно. Не будем утверждать, что это однозначно плохо; но при таком раскладе и университетов нет, и каравеллы в дальние моря не плавают, и прото-фэнтези (рыцарский роман) не развивается — равно как и прочие жанры светской литературы… В общем, намек понятен.

В рамках этого намека интересно сравнить весовые характеристики и надежность поздних лат с современными им доспехами Московской Руси (фактически иранскими по своему типу и, вплоть до XVI—XVII вв., зачастую даже по месту изготовления). Очень мощная, «противопульная» защита торса (впрочем, о противостоянии пулям поговорим отдельно, не в этой статье) в рыцарском варианте — 7-8 кг. Прикрытие рук, от кончиков пальцев до плеча, — обычно не более 800 г на каждую; ну, будем щедры, с большим запасом — еще 2 кг для обеих рук. Итого — под 10 кг (реально — меньше). А у братьев-москалей как обстояли дела «выше пояса» (братья-киевляне/львовяне/житомирцы и пр., не злорадствуйте: у нас дела обстояли не хуже лишь в самом лучшем случае)? Примерно так: кольчато-пластинчатый набор (хоть бахтерец, хоть юшман, хоть зерцало) — 10—14 кг; плюс наручи (от запястья до локтя!), обычно порядка 500 г каждый. Это мы еще не считаем подклад. Или — панцирь (что это значит в данном контексте — см. ниже) либо поздняя кольчуга, равно весом 7-12 кг, если без рукавов. Бывают, правда, панцири и весом примерно в 2 кг, но это скорее «поддоспешники», их только под бахтерец и пр. надевали (или — под верхнюю одежду, но не в бою, а в городе, оберегаясь не более чем от ножа). А всякая экзотика вроде байданы — во-первых, не легче, во-вторых, ее защитные свойства Лукин описал вполне правильно. Но даже наиболее полный комплект бережет ОЧЕНЬ намного хуже европейского аналога, по цене и трудоемкости же он (не тысячи — десятки тысяч колец и пластин, ручная работа!) явно превосходит изделия «гнилого Запада»; о шлемах говорить просто не будем — они несопоставимы. Вообще, какой вариант ни возьми — хоть индийский, хоть самурайский — результат одинаков: неполный набор (именно «выше пояса»; ну, на самом деле — до середины бедер) весит как полные латы, защищает хуже, а в производстве дороже. Да еще щита обычно требует, а латнику в «общевойсковом» бою щит не нужен — разве что целевые образцы в нестандартных условиях: противокопейный, осадный, малый фехтовальный…

Можно сказать, рыцарский комплекс вооружения — продукт высоких технологий. Правда, по этой причине он, хотя и слегка распространился за пределы рыцарства, для массовой не элитной пехоты был слишком дорог. Да ведь и кольчуга с зерцалом (а хоть и без!) ей не по средствам.

В рамках «низкопоклонства перед Востоком» иные писатели обожают рубить рыцарей булатным клинком. Но латника, честно говоря, что булатным мечом рубить, что не булатным… Все-таки боевой доспех на 100% защиты не дает, но для рассекающих ударов он неуязвим: его можно расколоть (если повезет), промять сверхмощным ударом массивного оружия (если очень повезет), пробить «в точке» клевцом либо боевым молотом — или рыцарским копьем на таране, опять же если сильно повезет; атаковать по сочленениям… Ну, о наступательном оружии поговорим в другой статье.

А как же Румата рубил «двойной соанский панцирь»? Во-первых — это Румата; во-вторых — один св. Мика знает, что то был за панцирь… Может, аналог поддоспешника или «городского бронежилета» (см. выше)? В узком смысле русско-византийского термина «панцирь», если без уточнений, — это кольчатый доспех, кованный не на заклепку, как классическая кольчуга, а на шип. Существовали же в Арканаре кольчуги для потайной носки. Правда, после удара тяжелого копья абсолютно все равно, будет ли она пробита (а стальная кольчуга, в отличие от металлопластовой, тычковый удар не держит), - т. к. без подклада неизбежно вомнется в тело с летальным исходом. А термин «двойной» для кольчатой брони — чаще указание на тип плетения (более плотного), чем на двуслойность. Но, как видим, именно у нас обычно возникал резон носить поверх «легкой» кольчатой брони еще и кольчато-пластинчатую. Притом арбалетная стрела или боевое копье такую защиту все-таки пробивали или, на излете, проминали с вышеописанным результатом.