– Просто невозможно найти нормальную уборщицу! Эта дура даже не закрыла дверь. А всего-то дел – нажать кнопку. И ребенок бы справился.

Лиза сжалась в комок под столом. Несмотря на толстый ковер, она слышала, как Штейманн и его спутник подошли к столу.

– Вот он. – Лакированные туфли Штейманна остановились в двух шагах от нее.

К ним присоединилась еще одна пара ботинок, облепленных грязью из-за недавнего дождя, и Лиза едва удержалась, чтобы не протянуть руку и не убрать упавшие на ковер комья грязи.

– Какая замечательная вещь! Просто прелесть! – сказал второй голос.

– Правда ведь? – тут же подхватил Штейманн.

– Минутку. Повторите, пожалуйста, где его нашли?

– Под грудой камней, на берегу реки в горах Шотландии.

– Не может быть! Почему же он выглядит как новый? Черное дерево, конечно, отличается особой прочностью, но все равно подвержено разрушению, а этот ларец в прекрасном состоянии. Его уже осматривал кто-нибудь из специалистов?

– Нет, но мой поставщик из Эдинбурга ручается в его подлинности. Вы можете открыть его, Тэйлор?

Послышалась какая-то возня и бормотание профессора.

– Так, сейчас посмотрим... Как же ты открываешься, красавчик?..

Лиза под столом боялась даже дышать в наступившей тишине.

– Может, это? – наконец снова заговорил Тэйлор. – Может, этот маленький... Есть! Я встречался с таким раньше. Замок с секретом.

Послышался щелчок – видимо, крышка открылась.

– Отличная работа, – отметил Тэйлор. – Обратите внимание, Штейманн, на этот великолепный механизм. Вы никогда не задумывались, как наши предки могли создавать такие удивительные вещи? Многое из того, что я видел...

– Снимите материю и посмотрим, что под ней, Тэйлор, – нетерпеливо перебил его Штейманн.

– Но она может рассыпаться, – запротестовал профессор.

– Мы не для того открыли сундук, чтобы останавливаться на полпути, – отрезал Штейманн. – Поднимайте.

Лиза едва не высунулась из-под стола, так ей захотелось взглянуть, что там происходит. Любопытство чуть не одержало верх над осторожностью и инстинктом самосохранения.

Последовала долгая пауза.

– Ну? Что это такое? – спросил Штейманн.

– Понятия не имею, – медленно ответил Тэйлор. – Во время исследований мне не приходилось переводить тексты или видеть рисунки, похожие на эти. Не очень похоже на предметы эпохи средневековья, правда? Скорее я бы назвал этот стиль... э-э... футуристическим. – Профессору явно было не по себе. – Честно говоря, я в недоумении. Ларец древний и ткань старая, но вот это, – он указал на что-то, – это чертовски странная штука.

– Может, вы просто не такой блестящий эксперт, каким хотите казаться, Тэйлор?

– Никто не знает о гэльской культуре и пиктах больше, чем я, – сухо ответил профессор. – Но некоторые предметы просто не упоминаются ни в одном источнике. Но я уверяю вас, что найду разгадку.

– Для этого вам придется хорошенько изучить ларец, не так ли?

– Да, я заберу его с собой...

– Ни в коем случае. Я сам позвоню вам, как только буду готов отдать его.

Снова последовала долгая пауза, которую прервал голос профессора:

– Если я правильно понял, вы собираетесь пригласить кого-то еще, чтобы осмотреть этот ларец? Вижу, вы сомневаетесь в моих возможностях.

– Мне просто надо зарегистрировать его, внести данные в каталог и файлы.

– Вы хотите пристроить его в какую-нибудь частную коллекцию?

– Положите флягу на место, Тэйлор. – Штейманн сжал рукой запястье профессора и заставил его опустить флягу на ткань. Потом он взял у Тэйлора пинцет и закрыл крышку. – Я привел вас сюда, и я буду решать, что вам делать и когда. И советую не вмешиваться в мои дела.

– Отлично, но когда вы не найдете никого, кто смог бы сказать, что это такое, вы снова обратитесь ко мне. Вы не сможете продать вещь, которую не удалось идентифицировать. Я единственный, кто может это сделать, и вы это знаете.

Штейманн рассмеялся.

– Я провожу вас.

– Не надо. Я сам найду выход.

– Но мне будет спокойнее, если я буду сопровождать вас, профессор. Вы такой поклонник антиквариата, что не стоит отпускать вас одного бродить по музею.