«Читатели, следящие за ходом деловых отношений между корпорацией «Ксименес» и судоходной компанией «Теодорос», оказались заинтригованы появившимися на прошлой неделе слухами о возможности новой сделки между двумя греческими компаниями, на этот раз личного характера.

Драко Вианнис, очевидно, решил пожертвовать свободой холостяка ради прекрасной двадцатичетырехлетней Анны – дочери Димитриса Теодороса.

Пару видели в нескольких модных ресторанах Манхэттена. Неназванный источник из корпорации «Ксименес» подтвердил, что молодые люди очень сблизились в последнее время.

Возможно, у Димитриса Теодороса скоро появится зять».

В тишине комнаты раздался стон.

Кресси не сразу поняла, что застонала именно она. Такие звуки могло издавать только тяжело раненное существо.

Девушка закрыла журнал и сунула его обратно в самую середину пачки. Как будто то, что она прочитала, могло куда-то исчезнуть...

Скоро состоится бракосочетание двух знаменитостей, две крупные компании объединятся в крепкий союз. Такое событие не пройдет незамеченным.

Кресси в отчаянии подавила рыдания. Но не могла справиться с болью в сердце, разрывающей ее на части.

Все кончено. Драко собирается жениться. Не на ней, конечно. Но это ее не касается. Она не имеет права закатывать истерики – сама превратила себя в обычную любовницу богатого красавца.

Бесполезно утешать себя, считая, что Вианнис женится по расчету, а не по любви. Так принято в мире миллиардеров. И Драко не пойдет против этих правил.

К тому же, совсем неплохо находиться рядом с такой роскошной молодой женщиной, как Анна Те-одорос.

Она будет его единственной. Она будет нежиться в его объятиях, станет матерью их детей.

А я, сказала себе Крессида Филдинг, я до самой смерти останусь наедине с воспоминаниями о днях, проведенных на сказочном греческом острове.

– Ты какая-то тихая, – сказал Драко, задумчиво глядя на нее сквозь пламя свечи. Кресси улыбнулась:

– Хочу, чтобы мой господин спокойно поел.

– А, может, хлопоты по хозяйству утомили тебя? – Драко обвел рукой стол. – Ты же сама все приготовила к ужину.

– Да, – пропела Кресси. – Удивительно, не правда ли? Представь, я даже знаю, где должны лежать ножи и вилки.

Он прищурился.

– И готовить умеешь? Тогда мой повар останется без работы.

– Умею, но не осмелюсь вторгнуться в его владения.

– Твоим талантам несть числа, дорогая, – усмехнулся Драко.

Она же откинулась на спинку стула, вызывающе поглаживая пальцами изящную ножку бокала с вином.

Грек наблюдал за ее провокационными движениями, затаив дыхание.

– Веди себя прилично, Крессида mou.

Она опустила ресницы и бросила на него призывный взгляд.

– Приличное поведение – это для жен, мой господин. Любовницы поступают, как им хочется. Так принято.

– А ты хорошо чувствуешь разницу между женами и любовницами?

– Думаю, неплохо. Хоть женой никогда не была. Но во всем помогает разобраться интуиция. Кстати, для любовницы, по-моему, я слишком бескорыстна. Как содержанке, мне нужно предъявлять тебе побольше требований. Почему я до сих пор ношу свою скромную одежду? – Кресси недовольно поморщилась. – Где шмотки от лучших дизайнеров мира? Где бриллианты?

– Не дарил – был уверен, ты выбросишь все в море.

– Я же не дурочка, – Кресси хотелось казаться циничной и алчной, – не отказалась бы и от мехов.

– Мечтаешь иметь несколько шуб в своем гардеробе? – Драко взял персик и начал снимать с него кожицу. – Постоянная жара на Миросе помешала прийти подобной мысли в мою голову.

– Но я могу укутаться в меха, например, в Нью-Йорке, холодной осенью...

Упоминание об американском городе Драко пропустил мимо ушей.

– А что тебе больше нравится? Бриллианты или натуральный жемчуг?

– И то, и другое, – ответила она. Его брови приподнялись.

– Будь благоразумна, pethi mou. Ты слишком дорого оцениваешь себя.

– Возможно, – согласилась она, – но если тебя это не устраивает, найду нового покровителя, – девушка задумчиво посмотрела вверх. – Например, одинокого пожилого вдовца, у которого дочь уже вышла замуж...

– Что за чушь! – Голос Драко наполнился гневом.

Она повела плечами.

– Ты свяжешь свою судьбу с другой женщиной, а я – с другим мужчиной, – Кресси сделала паузу, перед тем, как расставить точки над «i». – Ты ведь представишь меня Димитрису Теодоросу, не так ли?

– О ком ты? – спросил он ледяным тоном.