– Правда, – кротко ответила Джейн.

– Конечно, он уже старый...

– Ничего себе! – вознегодовал лорд Тарлин.

– Но красивый. У него волосы такого необычного цвета. Не совсем золотые, но и не желтые. Какой цвет вы бы выбрали, если бы рисовали его, тетя Джейн?

– Не знаю, – кисло ответила Джейн, – желто-золотистый. Адорна задумчиво приложила палец к ямочке на подбородке:

– Может, это называется бронзовый.

– Желтая охра, – исправила Джейн. – Основным тоном была бы желтая охра.

Адорна непонимающе уставилась на нее.

– Светлый, – пояснила Джейн.

– Точно! Светлый. А его глаза такие синие. Синие-пресиние, почти фиолетово-синие. Тетя Джейн, если бы вы собирались...

– Небо в полночь. – Джейн не хотела о нем думать, но вопросы Адорны вынуждали ее. – У него глаза цвета ночного неба.

– Небо. Да, это похоже на правду. – Адорна обмахивалась рукой. – Если бы я была художницей, мне бы очень хотелось нарисовать его. Он чрезвычайно хорошо сложен. Он не носит накладных плеч и корсетов, как другие лорды. Готова поспорить, он занимается боксом. Как иначе ему удалось бы иметь такое соблазнительное тело? – Глядя на проплывающие мимо холмы, Адорна, казалось, не замечает нарастающего раздражения Джейн. – Что мне действительно нравится в лорде Блэкберне, так это его лицо. Он всегда выглядит таким строгим, почти сердитым. Кроме моментов, когда он смотрит на вас, тетя Джейн.

– А как он тогда выглядит? – спросила Виолетта.

– Думаю, это называется... вожделение.

–Довольно, Адорна, – сурово оборвала ее Джейн.

Она не могла припомнить, когда бы еще так сердилась на племянницу. До конца поездки Джейн чувствовала себя в экипаже, как в тюрьме. Более того, она с ужасом представляла, что, когда они наконец приедут, половина Лондона будет с интересом глазеть на нее, задаваясь вопросом, жертвой какого психического расстройства пал лорд Блэкберн, если так открыто проявляет свои симпатии.

Джейн поняла, что совсем потеряла чувство юмора.

– О! – Адорна выглядела удрученной. – Я сказала что-то не то?

Но тут экипаж вдруг остановился, избавляя Джейн от необходимости отвечать, а лорда Тарлина – от очередного приступа веселья.

Они по одному вышли из экипажа. Поместье леди Гудридж было расположено в устье Темзы, недалеко от океана, и легкие Джейн наполнились свежим морским бризом. Бескрайние просторы радовали ее душу. Солнечный свет, чистое небо, лазурная вода, пенящаяся у поросших кустарником холмов, песчаные дюны – все это питало дикую часть ее натуры, угнетенную теснотой и условностями города.

Отвернувшись от реки, Джейн увидела поместье Гудридж, возвышающееся, как памятник цивилизации. Дом являл собой яркий пример величавого стиля эпохи короля Георга и был построен из светло-желтых камней, которые сверкали на солнце. Вокруг красовался хорошо подстриженный газон, который зеленым ковром уходил вдаль. Кое-где виднелась лишь одинокая беседка, едва заметная тропинка или огороженный сад для уединенных прогулок.

За газоном местность была уже не такая ухоженная. Трава постепенно становилась выше и жестче. Здесь чувствовалась работа реки и ветра: покатые утесы окаймляли холмы снизу на всей протяженности берега.

Это благословенное место представляло собой прекрасное сочетание дикой природы и продуманного вмешательства человека. В какой-то момент Джейн даже испытала эгоистичную зависть.

Виолетта, должно быть, прочитала ее мысли.

– Поместье лорда Блэкберна – Турбийон – расположено на морском побережье. Дом стоит на утесах и совсем не похож на этот – он строже и более древний. Но атмосфера там такая же. В таком месте хочется вечно сидеть за чаем и смотреть на океан.

Джейн знала, где находится Турбийон. В другое время ее бы страшно заинтересовало, что поместье Блэкберна находится недалеко от Ситтингбоурна, где она жила в доме у Элизера. Но сейчас Джейн это было безразлично, и ей было досадно, что Виолетта уверена в обратном.

– Твоя фантазия унесла тебя слишком далеко, – угрюмо ответила Джейн.

Она решительно завязала ленты чепца и выхватила у лакея свою туго набитую сумку. Девушка пошла по гребню холма, который лежал параллельно берегу, в поисках места, где могла бы остаться одна.

Остальные последовали за ней. Они говорили вполголоса, и Джейн уже начала жалеть о своей вспыльчивости. Но ей были ни к чему замечания племянницы насчет красоты Блэкберна. К тому же не хотелось, чтобы Виолетта решила, что Джейн мечтает жить в таком же доме. Ситуация выходила из-под контроля, и такое положение нужно было исправить.

Для этого следует выяснить, действительно ли Блэкберн сошел с ума или он просто играет ее чувствами, используя такой коварный способ мести.

Фигура, отделившаяся от дома, привлекла ее внимание. И в самом деле, не заметить ее было трудно. Лишь прямая осанка хоть как-то сдерживала колыхание розового платья. Зонтик в тон наряда придавал коже женщины розоватый оттенок. Леди Гудридж стремительно шла вперед, не позволяя доходившей до лодыжек густой траве препятствовать ей. Вместе с ней шел мистер Фицджеральд, держась немного в стороне и волоча ноги, словно непослушный мальчишка.