— Что вы знаете о моем отце? — взорвалась Джудит. — Что вы вообще можете знать о его жизни?

Агнес засмеялась снова, и Джудит пристально на нее посмотрела.

— Убирайтесь из моего дома, леди Баррет.

— Я уйду, Джудит, но не раньше чем скажу то, зачем пришла. — Голос Агнес сорвался на шепот, хотя каждое слово отдавалось колокольным звоном в тишине комнаты. — Вы заплатите за это… и вы, и ваш брат.

»О да, я заплачу, — подумала Джудит. — Я уже заплатила. И вы даже не знаете, как много мне еще придется заплатить. Зато Себастьян сейчас получил то, что положено ему по праву рождения. У него есть невеста… он будет счастлив…»

— Вы заплатите!.. — повторила Агнес. И тут снова вошел Грегсон:

— Леди Девлин, леди Изобель Хенли и миссис Форсайт.

— Джудит, весь город всполошен, — с порога объявила Изобель, окутанная облаком муслина. — Твой брат уличил графа Грейсмера в мошенничестве!

— Я ушла еще до полуночи, — вставила Корнелия. — Но Форсайт за завтраком только об этом и говорил. Он сказал, что Грейсмер больше никогда не решится появляться в обществе… О, прошу меня извинить, леди Баррет, я вас не заметила.

Глядя на Агнес, Джудит глазам своим не верила. На ее щеки вернулся румянец. Она заговорила легко и беззаботно, как всегда:

— Леди Изобель, неужели действительно в городе псе уже об этом знают? Ну тогда, леди Керрингтон, наверное, скоро у ваших дверей выстроится целая очередь. Всем захочется поговорить о подвигах вашего брата.

— Я думаю, граф уже давно мошенничал, — вставила слово Салли, расположившись у камина. — Невозможно представить, чтобы он только прошлой ночью начал играть бесчестно.

— Я тоже склоняюсь к тому, что это маловероятно, — отозвалась Джудит, стараясь, чтобы голос звучал естественно.

Если Агнес Баррет ведет себя так, будто перед этим в комнате ничего не происходило, значит, и Джудит будет нести себя точно так же. К ней вернулось прежнее самообладание.

— Но как Себастьян узнал об этом?

— Последние два месяца он постоянно играл с графом, — пояснила Джудит, избегая взгляда Агнес. — Думаю, в игре Грейсмера было не все ладно и прежде.

— Мисс Мортон, миледи.

Дверь снова отворилась, и в гостиную ворвалась взволнованная Харриет.

— О, Джудит, я просто не в силах держать при себе такую новость. Это правда, что Себастьян обнаружил мошенничество графа Грейсмера? Ох, как я жалею, что меня вчера не было там… — Харриет увидела Агнес и сразу замолчала, густо покраснев.

— Действительно, моя милочка, очень жаль, что вас там не было, — усмехнувшись, заметила Агнес. — Вы ведь графа Грейсмера очень не любите, а вчера у вас была прекрасная возможность порадоваться его несчастью. Жаль, что вы ее упустили!

— Ах вот как, леди Баррет, вы это называете несчастьем? — воскликнула Изобель, не отрывая взгляда от блюда с бисквитами. — Так вот, к вашему сведению: разоблачение жулика всегда считалось не несчастьем, а, напротив, счастьем. Разумеется, не для жулика, а для окружающих. Так что, сударыня, термин этот вы употребили неправильно.

Агнес холодно поклонилась и стала перелистывать журналы, лежащие на столе. Некоторое время в гостиной было тихо, пока не заговорила добрая Салли:

— Новость потрясающая, что и говорить. Но зачем, спрашивается, было графу прибегать к таким бесчестным приемам? Об этом можно только догадываться. Может быть, у него были огромные долги?..

— Да… — вздохнула Корнелия. — Оказывается, есть прекрасный способ разделаться со всеми долгами: надо просто запастись комплектом крапленых карт. Великолепную идею нам подсказал благородный граф Грейсмер…

В гостиную снова вошел Грегсон.

В следующие полчаса дверь буквально не закрывалась. Казалось, у дома леди Керрингтон действительно собралась половина Лондона, горя желанием узнать подробности скандального происшествия.

Джудит всех радушно принимала, но отвечала туманно, заявляя, что брата со вчерашнего вечера не видела, сама толком ничего еще не знает и тоже теряется в догадках. А у самой не выходило из головы: что же это такое задумали Агнес с Грейсмером, какую месть? Эти мысли в какой-то степени отвлекли ее от Маркуса, но не настолько, чтобы хоть как-то восстановить душевное равновесие. Она с нетерпением ждала, когда же наконец разойдутся гости, чтобы можно было отправиться к Себастьяну.

— Джудит! — Салли взяла ее за локоть. — Я должна идти. Анни простудилась. Сейчас с ней нянька, очень хорошая, но бедная деточка начнет капризничать, если меня долго не будет.

— Как жаль! — Это сообщение взволновало сейчас Джудит меньше обычного. — Ничего серьезного, я полагаю?

— Нет… Джудит, у тебя что-то не так? Выглядишь ты какой-то потерянной.

— Неудивительно. — Джудит жестом обвела комнату. — После прошлой ночи…

— Да, неудивительно. Но, я думаю, у тебя проблемы с Маркусом, Правда? — Салли попала в точку, она была на редкость проницательная, как и все в семействе Девлинов.