В действительности прошло немногим более 20 минут, и практически все репортеры Лос-Анджелеса оказались около станции и всеми правдами и неправдами пытались проникнуть внутрь. В давке одному из них сломали ногу, но он был настолько возбужден, что не покинул ряды штурмующих.

К этому времени и зрители в студии начали понимать, что это интервью с пришельцами может оказаться не шуткой, и завороженно следили за тем, как взволнованная ведущая пытается задавать Разговаривающему-на-Бегу и Соединяющей-швы-металлом вопросы в своей обычной несколько фамильярной манере.

Когда настала очередь зрительской аудитории задавать вопросы гостям, атмосфера уже была достаточно доверительной и теплой. Люди забыли о своих заботах и работе, о детях и необходимых покупках, и приникли к экранам телевизоров. В то время, как средняя Америка наблюдала и задавала вопросы, армия репортеров боролась с непробиваемыми агентами службы безопасности в коридоре студии.

— Откуда точно вы прибыли? — спросила мать троих детей.

— Нам бы не хотелось говорить об этом, — замысловатые движения ушами Соединяющей не были поняты зрителями. — Впрочем, это не имеет для вас никакого значения. Это так далеко, что найти нашу планету на вашем небе просто невозможно.

— Как вам нравится на Земле? — это был вопрос машиниста из Детройта. Как и остальные, он улыбался задавая вопрос, и это вызвало нервную дрожь у Чада.

— То, что мы успели увидеть, нам очень понравилось, — вежливо ответил Разговаривающий. — Но нас беспокоит то, как к нам отнесутся люди.

— Вам не стоит волноваться об этом, — микрофон у ведущей выхватила тучная женщина из Рино, которая явно была очень сентиментальна. — Мои дети смотрят вашу передачу уже несколько лет, и они так любят вас!

Все происходило так, как и предсказывал Арло, и как надеялся Чад. Зрители путали вымысел и реальность в пользу последней.

— Это не наша передача, — Разговаривающий указал на Минди и попытался объяснить ситуацию. Но никто в аудитории не слушал его, их просто это не интересовало. Люди были в восхищении. Разговаривающий и другие Квози были их любимыми героями, разве они могут быть недружелюбными? Сама мысль об этом была нелепой. Все, что от вас требовалось, так это смотреть на них и наслаждаться их высокими, шелестящими голосами. Они были не просто безобидными, они были очаровательными!

— Сколько времени вы уже на Земле? — последовал следующий вопрос.

Впервые Разговаривающий-на-Бегу заколебался. Он что-то шепнул своей подруге, но студийные микрофоны не уловили его слов. Она так же тихо ответила ему.

— Примерно пятьдесят ваших лет, — наконец ответил он. По студии пронеслась волна шепота, и те некоторые репортеры, которым удалось прорваться в студию еще яростнее защелкали фотоаппаратами. Было очевидно, что все ожидали услышать — несколько недель, ну самое большее, пару месяцев.

— Как же вам удалось скрываться столько лет? — выразил общее удивление молодой человек.

— Мы умеем быть незаметными, — ответил Разговаривающий, не задумываясь.

— Сколько вас?

Чад не услышал ответа. Эта встреча, действительно, была гораздо лучше, чем какой-нибудь официальный тоскливый разговор с правительственными чиновниками. Обо всем говорилось открыто, а ведь страхам и слухам жизненно необходимы тайны и недомолвки. Все, о чем вещали Разговаривающий-на-Бегу и Соединяющая-швы-Металлом, передавалось по всей стране и по всему миру.

Ведущая спустилась от зрителей и передала микрофон Квози. Она уже полностью успокоилась. Чад видел, что точно так же она бы вела себя на интервью с любой знаменитостью о его новой кинокартине. Он оглянулся и увидел, что Арло кивает ему головой и ободряюще улыбается.

— Итак, вы обеспокоены тем, как вас примут на Земле. Давайте поговорим об этом.

Разговор шел своим чередом. Передача давно исчерпала обычно отведенное ей время, затем еще десять минут, еще двадцать, еще полчаса, час. А в это время ответственные за составление программ отчаянно сражались, пытаясь высвободить время для беспрецедентного, разворачивающегося в прямом эфире, шоу. Неоспоримым подтверждением того, что простые американцы приняли Квози, стали многочисленные звонки домохозяек со всех концов страны, протестующих против замены любимых «мыльных опер» на «этих нелепых инопланетян». Как и предсказывал Арло, подобная подача материала быстро превратила уникальную тему в банальность.

В конце концов, прибыли специалисты из ЦРУ и обесточили студию, но к этому времени Квози провели в эфире уже более двух часов. Было слишком поздно делать вид; что их не существует.

Чад видел, как только что прибывшие правительственные чиновники взволнованно переговаривались и то и дело указывали на Квози. Они явно спорили о чем-то.

Между тем ведущей сообщили, что эфир прерван, но не объяснили почему. Она, вполне довольная собой, и, наконец, осознавшая историческое значение только что завершившейся передачи, в последний раз обратилась к своей аудитории.