— Наша? — Чада переполняли смешанные чувства страха и возбуждения.

— Вы должны пойти с нами, чтобы в первую очередь доказать, что вы действительно намерены нам помочь, а так же высказать свои предположения и дать совет. Это все, о чем мы вас просим.

— Ваше отсутствие не вызовет ни у кого подозрений, — напомнил им Разговаривающий-на-Бегу. — Все знают, что вы проводите в походах по несколько дней. До колонии всего лишь два дня пути.

— Так близко? — Чаду всегда казалось, что до нее по крайней мере неделя ходу.

— Я бы давно показал тебе это место, если бы не опасность.

— Вы действительно собираетесь взять нас с собой?

— Вы и так уже много знаете. Вы согласны?

— Конечно, мы согласны. — И не услышав ответа сестры, обратился к ней. — Мы же пойдем, Минди?

— Да, — прошептала она.

Он мог представить, о чем она думает. Как только они окажутся в колонии, Совет Старейшин сможет сделать с ними все, что угодно. С другой стороны, если бы они хотели их убить, то сделать это можно было немедленно.

Кем были Главы Нор? Деспотами, политиками, философами? А вообще, теперь это было неважно. Чад и Разговаривающий выросли вместе при взаимном уважении и доверии. Теперь это доверие было поставлено под сомнение. Все, что у них осталось, так это уважение, и Чад не собирался рисковать им. Он отправится в колонию, чтобы узнать, может ли он хоть чем-то помочь, и то же самое сделает его сестра. Даже если ему придется связать ее и доставить туда силой.

— Дайте нам несколько минут, чтобы собраться.

— В этом нет необходимости, — ответил Разговаривающий. — У вас будет все необходимое.

— Не в этом дело, — отозвался Чад, быстро собирая лагерное оборудование. — Если сюда кто-нибудь забредет, разыскивая нас, и найдет только палатку, то может решить, что с нами что-то случилось. А так можно будет подумать, что мы просто перебрались на другое место.

— Это ты хорошо придумал, — с одобрением отозвался Говорящий-через-Стекло, — похоже, все, что говорил о тебе Разговаривающий-на-Бегу — правда. — Он перевел взгляд на Минди. — А вот в тебе я не уверен.

— Я не виню в этом тебя. Не беспокойся. — Она поднялась со своего места. — Я докажу свою честность. Все это время я была занята только собой, но теперь я сделаю все, чтобы помочь вам.

— Ты можешь только уменьшить серьезность случившегося, не больше.

Фактически, чтобы добраться до колонии, им потребовалось два с половиной дня. Место ничем не отличалось от других долин и ничего не говорило о том, что в ее глубине могут обитать не только барсуки.

Но когда один из членов исследовательской группы прижал раскрытую ладонь и правое ухо к углублению на шершавом валуне, скала внезапно сдвинулась в сторону и за ней оказался туннель с гладкими, облицованными пластиком, стенами.

Годы общения с Разговаривающим и другими Квози не подготовили Чада к восприятию такого большого количества Квози в одном месте. Его поразила скученность. Квози были везде: они сновали взад и вперед, не сталкиваясь друг с другом, более того, соблюдая некоторое расстояние между собой. Какой-то внутренний радар предотвращал столкновения. Они были похожи на меховые разнополюсовые магниты.

И они разговаривали. Шум был ошеломляющим, и он поражал еще больше, чем запах, — непрекращающийся. пронзительный лепет мужских и женских голосов. Он звучал так, словно миллион буддистов повторяли одну и ту же молитву. Ему пришли на ум дороги Лос-Анджелеса в час пик: все медленно и методично двигались, практически полностью избегая столкновений, а из радиоприемников несся резкий и неприятный шум, и люди разговаривали на фоне шума перегретых моторов.

В некоторых местах Квози собирались, чтобы поговорить и поспорить. Подростки гонялись друг за другом, пробираясь сквозь толпу, в то время, как дети глазели на это невероятное скопление, выглядывая из сумок своих матерей. Взрослые то и дело останавливались у бесчисленных зеркал, чтобы поправить свой наряд.

Но самое большое впечатление на Чада и Минди произвели ужасающие картины и скульптуры, располагавшиеся вдоль стен. Ни одно из них не ободряло дух. Чад часто слышал о варварском кровавом прошлом Квози, но слова внушали меньший страх, чем эти изображения. На всеобщее обозрение было выставлено .столько сцен кровопролития и садизма, что вряд ли их можно увидеть даже в каком-нибудь кинотеатре для автомобилистов в Западном Техасе летней субботней ночью.

Все это было изображено с поразительным вниманием к деталям и удивительным для темы вкусом. Спокойные миролюбивые Квози мило прогуливались по залитым кровью коридорам.