Шрифт:
«Нечего пугать себя понапрасну», — возразил себе Лазар, вспомнив пример викария. Этот старый морской волк был с ним уже десять лет и каким-то образом уцелел.
И все же страх, что Аллегра пострадает из-за его прошлых прегрешений, вселяла в Лазара такой ужас, что он готов был отказаться от женитьбы. Да ведь и ей будет гораздо лучше с каким-нибудь тихим фермером на Мартинике. И с детьми…
Боже милостивый, да есть ли что-нибудь более хрупкое и уязвимое, чем ребенок?
Аллегра уже не раз называла его эгоистом, а уж такой шаг был бы верхом эгоизма.
Лазар спорил с собой. Убийцы, старые заговорщики из совета, даже Монтеверди — все теперь мертвы, а сейчас Джефферсон и его ребята уже, наверное, отправили Доминика Клемента к Создателю.
Все закончилось. Должно закончиться.
И несомненно, проклятие, поразившее его, казалось, навсегда, снято. Лазар уже потерял одну семью, но даже он не верил, что молния может ударить дважды в одно и то же место.
Ощутив тихое, ровное дыхание Аллегры у своей шеи, Лазар понял, что не может рисковать. Нет, он попытается обмануть судьбу или договориться с ней.
Он не женится на Аллегре.
Она будет его женой, но этот брак Лазар не узаконит. Тогда Господь не тронет ее, желая насолить ему. И на их ферме, вдали от насилия и хаоса мира, Фиори пустят новые корни. Если возникнет опасность, он защитит свою семью. Лазар знал, что в этом отношении он сильнее своего отца.
«Да, — сказал он себе, — все будет хорошо, если я не женюсь на Аллегре». Ему оставалось лишь надеяться, что она поймет его.
Приняв такое непростое решение, Лазар наконец заснул.
Глава 14
В каюте было уже совсем светло, когда Аллегра разбудила своего Принца поцелуем.
Она проснулась раньше его, умылась, оделась, поела и подготовила заметки из последних коробок с документами отца, которые просматривала прошлым вечером, пока Лазар заканчивал ночную вахту. Рядом с кроватью уже стоял завтрак, и Аллегра хотела, чтобы Лазар поел прежде, чем услышит то, что она должна ему сказать.
А силы Лазару понадобятся.
Он проснулся от легкого прикосновения ее губ к своим губам. Аллегра отстранилась, опасаясь, что Лазар вовлечет ее в серьезную игру, но он успел схватить девушку за руку. После сна Лазар был очень хорош собой.
Улыбнувшись Аллегре, он сел, потянулся к стакану с апельсиновым соком и залпом выпил его. Вздохнув, Аллегра подумала, что никогда раньше не представляла, как очарователен мужчина, пьющий апельсиновый сок. Лазар удовлетворенно крякнул и поставил стакан на поднос.
— Доброе утро, киска! — Он игриво дернул девушку за руку, и она упала ему на грудь, когда он снова откинулся на подушки. Лазар уже увлекся поцелуями, но Аллегра остановила его. — В чем дело? — спросил он.
— Твой кофе остынет.
— Не остынет. Кстати, кто-то вчера заснул, не дождавшись меня. — Лазар поцеловал Аллегру в кончик носа.
Она попыталась отстраниться от него, боясь, что вскоре он совсем лишит ее воли.
— Я хотела поговорить…
— Никаких разговоров! Поцелуй меня.
Аллегра вдруг почувствовала, что к ней прижимается что-то очень мужское и явно проснувшееся.
— Лазар, — воскликнула она, — мы должны поговорить об острове Вознесения!
— А нужно ли?
Как трудно думать, когда он вот так покусывает мочку ее уха! Собравшись с духом, Аллегра снова отстранилась.
— Послушай меня, нам так много нужно сделать…
— М-м-м, — бормотал он, направляя ее руку вниз по своему телу.
Аллегра задрожала, ощутив под пальцами мощную пульсирующую плоть.
— Прекрати! Отпусти меня и вставай. Я просмотрела документы, и нам нельзя терять ни минуты.
— Согласен. Я с ума схожу от желания обладать тобой.
— Нет, это просто невозможно! — Высвободившись, она отошла на безопасное расстояние.
Лазар сел в постели и уставился на Аллегру, сурово сдвинув брови.
— Почему? — спросил он, охваченный дурным предчувствием. — Почему это невозможно?
— Ты уже помолвлен.
— Что?!
Аллегра протянула ему документы.
— Вот, здесь все сказано. Ты помолвлен с австрийской принцессой Николетт. Ее приданое составляет два миллиона золотых дукатов, Лазар! Этого достаточно, чтобы спасти остров Вознесения от краха! Здесь имена и адреса всех бывших министров кабинета при короле Альфонсе. Даже мой отец считал их великолепными людьми. Они скрывались в Европе после смерти твоего отца — дон Паскуале, премьер-министр, которого звали Лисом. Генерал Энзо Каледри, глава вооруженных сил. И архиепископ, отец Франческо — помнишь его?