Ариан поднялась на нос корабля и, придерживаясь рукой за линь, огляделась по сторонам. Какой-то миг она была похожа на экстравагантное носовое украшение. После бегства из тюремной камеры ее прекрасная белая кожа успела покрыться загаром. Волосы, недавно вымытые в каюте, развевались на ветру пушистым рыжим облаком.

— Впереди утесы! — крикнула она.

Ее нежный, почти детский голос разительно отличался от того хриплого рычания, которым она испугала мужчин, входивших в ее камеру. Спрыгнув на палубу, она пробежала мимо Дуна и уселась рядом с Марком и Беном. На ее лице сияла радостная улыбка. Вполне возможно, Ариан воспринимала плавание как приятную морскую прогулку.

Во всяком случае, она еще ни у кого не спрашивала о том, куда направлялся их отряд. И поскольку Бен и барон не знали, как сказать ей об этом, Марк начал разговор издалека:

— Послушай, Ариан, а кто на самом деле твоя мать?

Девушка скрестила ноги и нахмурилась.

— Я понимаю, что в это трудно поверить. Но я действительно дочь Серебряной королевы. Моя история могла показаться вам странной. Я рассказала ее в наркотическом дурмане. Но она правдива от первого до последнего слова. — Она посмотрела на Дуна. — Если вы хотите получить за меня какой-то выкуп, то вам лучше забыть об этой идее. Королева Ямбу — мой смертельный враг.

Дун равнодушно пожал плечами.

— Видишь ли, девушка… Меня мало заботит, насколько верна твоя история. Впрочем, из чистого любопытства мне хотелось бы узнать, кто твой отец. Я знаю, что королева Ямбу правит без супруга. И, как мне известно, так было всегда.

Ариан вскинула голову, взметнув вверх великолепные рыжие волосы.

— На вашем месте я не рассчитывала бы на выкуп и от моего отца.

Дун махнул рукой.

— Я же сказал, что мне не нужны твои жалкие выкупы! Тебе лучше связать волосы лентой или вообще от них избавиться. Там, куда мы направляемся, они могут доставить много хлопот… А почему ты считаешь свою мать заклятым врагом? Это она продала тебя в рабство?

— Да, она.

Ариан приняла замечание о волосах без возражения. И тут же начала заплетать косу и примерять различные методы укладки.

— Несколько придворных решили свергнуть мать с трона и заменить ее мной. Теперь их головы выставлены на всеобщее обозрение. Возможно, они и были в чем-то виновны, но я не знала об этих планах. Они никогда не советовались со мной. Я вообще редко виделась с матерью, хотя и предчувствовала…

— Предчувствовала что? — спросил Марк.

— Неважно. Иногда я ощущаю магические силы…

— Они-то и важны, — вмешался Дун. — Я на них очень сильно рассчитываю.

Она снова взглянула на него:

— Рассчитываете на мои силы? Хотела бы я верить в них, как вы. Они ненадежны и проявляются только в редких случаях. И еще мне сказали, что они будут во мне лишь до тех пор, пока какой-нибудь мужчина не познает меня. Когда маги Красного храма выяснили, что я девственна, ко мне стали относиться как к ценному предмету. Жрецы намеревались продать меня за большие деньги. Но вряд ли их покупатель использовал бы мою девственность для магических целей… А что это за место, где мне могут помешать распущенные волосы?

Однако Дун уже приготовил следующий вопрос:

— Почему твоя мать не убила тебя? Это было бы и проще, и надежнее. Зачем ей понадобилось продавать свою дочь?

— Наверное, она думала, что рабство станет для меня худшей мукой. Или какой-то ясновидящий мудрец отговорил ее от убийства. Кто знает, почему королевы поступают так, а не иначе.

В ее голосе появилась та же злость, которую Марк слышал в голосе изувеченной солдатами крестьянки.

Барон вложил меч в ножны, скрестил руки на груди и окинул взглядом свою пленницу. «Если только это слово годится для нее», — подумал Марк.

— Ты сказала, что твоя мать считает тебя врагом, — произнес Дун. — Значит, ты тоже относишься к ней враждебно?

Синие глаза Ариан наполнились детским гневом.

— Дайте мне шанс, и я это докажу.

— Ты получишь такую возможность. Говорят, что Серебряная королева тесно связана со жрецами Синего храма. Это верно?

Девушка молчала. Возможно, она ожидала услышать от Дуна что-то еще. В конце концов она кивнула.

— Да, я уверена, что у нее имеются какие-то дела с их верховным жрецом. А что?

— А то, что мы собираемся пробраться в сокровищницу Синего храма и похитить золото Бенамбры. Мой меч указал мне, что твои магические силы могут помочь нам в выполнении этого плана. Если ты присоединишься ко мне по доброй воле, я обещаю щедро одарить тебя во время дележа сокровищ. Еще я обещаю, что, пока ты будешь в моем отряде, тебя никто и пальцем не тронет. — При этих словах он бросил выразительный взгляд на двух молодых мужчин, которые присутствовали при разговоре.

«Она действительно красива, — подумал Марк. — Многие мужчины охотно пошли бы за ней на край света». Но ее красота была не манящей, а предупреждающей — в ней сквозил какой-то намек на опасность. И Марк не мог забыть тот момент, когда Ариан приветствовала его как брата. На все расспросы она отвечала, что не помнит этого, что находилась под воздействием наркотиков. Хотя он и сам понимал невозможность такого родства. И все же…