Несколько пассажиров засмеялись. Слегка подвыпившая блондинка в сильно декольтированном черном платье помахала рукой в сторону острова и прокричала: «Присоединяйтесь, мы приглашаем вас всех на вечеринку!»

Корабельный врач внимательно осмотрел голову Андрея и сказал:

— Он ранен и в шоке. Отнесите молодого человека в мою каюту. Я дам ему успокоительное.

Четыре стюарда положили Андрея на носилки и унесли. В каюте с него сняли мокрые вещи и смыли под душем соленую воду. Доктор руководил всеми процедурами. Андрея положили на чистую белую постель.

— Трупы оживают, — еще раз пробормотал он.

— Да, да, — согласился врач, — и начинают танцевать. Я сделаю вам укол, и вы как следует выспитесь. Вам необходимо отдохнуть.

Андрей почувствовал легкий укол. Он вздрогнул и одним движением выбил шприц из рук доктора. Шприц упал на пол, игла сломалась. Доктор выругался

Он поднял сломанный шприц, затем взглянул на Андрея — тот уже и без укола впал в глубокий, похожий на обморок сон. Доктор проверил пульс своего подопечного. Он бился спокойно и ровно. Врач пожал плечами.

— Полагаю, что следующие шестнадцать часов парень будет спать как убитый, — обратился он к стоявшему рядом стюарду. — Давайте запрем, на всякий случай, дверь. Парень получил сильный удар по голове, у него шок. В беспамятстве он может свалиться за борт. Навещайте его каждые два часа, Олаф.

Стюард кивнул. Кабина опустела. Врач запер дверь снаружи, передал ключ стюарду и вернулся обратно в салон, где до появления Андрея развлекался в обществе полураздетой блондинки. Навстречу ему лились звуки вальса. На площадке для танцев кружились пары.

Доктор присел за стол, где приятно проводили время капитан, офицеры и почетные гости.

— Как чувствует себя мистер пловец, которого выловили из моря? — поинтересовалась все та же блондинка.

Эта американка была не первой молодости, но очень ухоженная, с большими явно силиконовыми грудями. Она была увешана драгоценностями, как рождественская елка игрушками.

— Молодой человек уснул, — ответил доктор. — Теперь ничто больше не нарушит красоту этого вечера Разрешите пригласить вас на танец, мадам?

В то время как корабельный врач вальсировал с прелестной блондинкой, от острова Тирона отделился грубо сколоченный плот и двинулся в сторону корабля Двенадцать полуразложившихся трупов в рясах и бледный, покрытый укусами толстяк отправились на желанную вечеринку.

Магистру было трудно решиться на эту вылазку. С каждым метром, отделявшим их от острова, слабела магическая связь с преисподней, дряхлели и слабели они сами. Но голод мучил их долгие столетия, и редко предоставлялась возможность утолить его. Голод был мучительней всех мук ада… Если бы они, погнавшись за бессмертием, могли себе представить, какой чудовищной мукой окажется вечная жизнь!..

Плот глухо ударился о борт корабля и замер между носом и якорной цепью. Один из монахов взобрался по цепи, помогая себе руками и ногами. В зубах он держал свой меч. Безглазое лицо под капюшоном внимательно оглядело палубу.

Вампир тихо перелез через борт, остальные последовали за ним. Они распределились по всему кораблю. Из салона доносились музыка и голоса, звонко смеялась какая-то женщина. На корму вышла молодая пара.

— Ах, Энрико, что за ночь! — проворковала девушка. — Воздух пьянит, как шампанское.

Тут она увидела темную фигуру с мерцающим мечом. В этот момент луна вышла из-за тучи, и ее мертвенный свет озарил лицо, словно восставшее из глубин ада.

Девушка пронзительно завизжала. Меч взвился в воздух, и ее крик перешел в предсмертный хрип. Молодой человек схватил высушенные временем руки, но черные зубы вонзились в его шею, и призыв о помощи застыл на губах несчастного.

В салоне никто ничего не заметил. Гости продолжали шутить, смеяться, пить и танцевать. Богатые мужчины и прекрасные женщины назначали друг другу свидания. Рекой лилось шампанское. Первые пары спускались в каюты, чтобы бездумно предаться любви, искренней и наивной, как теплая летняя ночь. А ужасные вампиры пробирались к дверям салона. Их еще никто не обнаружил, по-прежнему звучала музыка. И тут одна из дам внезапно, будто ее кто-то толкнул, обернулась и увидела полуистлевшие рясы на сухих бородатых и зубастых фигурах и в страхе завопила. Дамы и господа разом обернулись и, онемев, уставились на ужасных гостей. Музыка оборвалась, опрокидывая столы и стулья, люди повскакивали с мест. Около запасного выхода началась паника.

По «Леди Датч» гуляла смерть. Мелькали мечи, черные зубы впивались в шеи кричащих и бьющихся в конвульсиях мужчин и женщин. Изголодавшиеся за столько столетий дьявольские монахи Тирона наконец-то устроили настоящую кровавую оргию. Опьяненные кровью, они шатались по кораблю и взламывали каюты, куда попрятались перепуганные пассажиры. Нашли даже машиниста, зарывшегося в ящик с грязными тряпками в самом отдаленном уголке машинного отделения.

Как волки, ворвавшиеся в стадо овец, тиронские монахи неистовствовали в безумной горячке и убивали все живое. Их рясы намокли и покраснели от крови.