Он получил бы то, что заслужил.

Тем не менее она была поражена тем, какое действие на нее оказал его поцелуй.

— Дура! — отругала она себя. Критически осмотрев себя в зеркало, она осталась довольна. Он, конечно, может предать ее, но одного взгляда на нее достаточно, чтобы пожалеть об этом на всю жизнь.

Она распахнула дверь и сказала стражникам, что готова.

— Очень вовремя, миледи, — сказала служанка, как раз подошедшая к двери, — Ты как будто услышала мои мысли!

— Может, и услышала, — небрежно отозвалась Ртуть, — веди!

Служанка повернулась, и Ртуть пошла за ней; бросив на стражников один-единственный надменный взгляд.

У лестницы к ним присоединилась пара средних лет.

— Подожди, — остановила служанку Ртуть, — пусть старшие пойдут первыми.

— Ненастолько и старшие, — мгновенно отозвалась женщина, — но все равно благодарю тебя за почтение!

Женщина была кругла лицом, которое лучилось лаской. Глаза ее успокаивали. Волосы, тронутые сединой, были рыжими. Густая шевелюра мужчины была седой полностью. У него было ястребиное лицо, покрытое морщинами, но казалось добрым. Ртуть рядом с ним неожиданно почувствовала себя снова маленькой девочкой, так он напомнил ей отца. Он был воином, но семья сделала его нрав мягче.

— Ты рыцарь и отец, — неожиданно произнесла она.

Мужчина слегка ей поклонился.

— Оба эти звания почетны, миледи.

— Ты пришла ко двору? — спросила женщина — Да, миледи, хотя и не по своей воле! Я пленница Джеффри Гэллоугласа, и ему предстоит увидеть меня повешенной за мои преступления.

— Рыцарь не может обидеть прекрасную даму.

— Те, которых я встречала на своем пути, не помогали мне, а оскорбляли во мне все, — вздохнула Ртуть. Она больше не могла сдерживать слезы, и они хлынули из ее глаз.

— Поплачь, милая, тебе лучше предстать перед герцогом выплакавшись… — она так нежно обняла девушку, что та не отстранилась.

— Нет, нет, миледи, ой, я испортила твое платье!

— Это только слезы, и они высохнут, вытри глаза и расскажи мне все!

Ртуть без утайки рассказала все. У нее" не было причин не доверять этим людям, таким добрым и понимающим. К тому же она и так погибла…

— Итак, сэр Джеффри предал тебя? — выглядела женщина теперь сурово.

— Он ничего мне не обещал, и я его ни о чем не просила.

Но я поверила ему, так красноречив был его взгляд! Нет, это все моя глупость…

— Может, и нет, — мягко произнесла женщина, — может быть, он имел в виду больше, чем говорил, но не захотел обнадеживать раньше времени. С мужчинами всегда так!

— Сомневаюсь, что он из таких! Он силен, но не молчалив!

— Доверься ему! Быть может, он не покинул тебя, а тебе просто показалось?

— А ты что скажешь, дорогой? — она обратилась к мужу.

— Если он упустит ее, то он последний дурак!

— Но вы же не знаете, что я сделала!

— Не имеет значения, сразу видно, что у тебя доброе сердце.

Скажи, ты бы захотела его, если бы он просил твоей руки?

— О да! — выдохнула она, чувствуя, как все внутри дрожит. — Это нехорошо, сэр, что ты заставил меня так раскрыться. — Слезы снова подступили к горлу.

— Да, я действительно бываю неловок в своей слепоте, — согласился он, — но подумай, прежде чем ответить. Захочешь ли ты связываться с таким беспокойным человеком?

Неожиданно ее поразило видение. Подавив дрожь, она ответила:

— Будьте уверены сэр, если мы будем вместе, он вряд ли захочет быть далеко от меня!

— Когда-то и я так считала, — вздохнула женщина.

— Ну, почти всегда так и было…

— Да, по большей части…

— Мы пришли, — сказала служанка.

Подняв голову, девушка увидела перед собой большие дубовые двери зала. Она больше не боялась. Эта пара наполнила ее уверенностью. Ртуть расправила плечи и без страха сказала:

— Вперед, на бой!

Двери зала распахнулись, и они оказались в толпе. Зал был огромен и полон придворными. Потолок терялся в темноте, и свет сотен факелов и тысяч свечей не доходил до него. На помосте стоял трон герцога, точнее, должен был стоять. Сейчас позади располагалось еще два и на них восседала пара с золотистыми, посеребренными сединой волосами. На троне чуть ниже сидел стройный молодой человек. Он опирался на локоть, положив голову щекой на кулак.

Ртуть видела короля и королеву, которые приехали навестить сына.

Она в панике поискала глазами Джеффри и увидела, что он разговаривает с той самой парой, с которой она говорила по пути в зал.

У нее на глазах пожилой джентльмен чуть отступил в сторону, факел осветил его лицо — и у Ртути перехватило дыхание. Рядом с Джеффри их сходство стало особенно заметно. Она разговаривала с Верховным Чародеем и его женой, хуже того — с родителями Джеффри! О, что они подумали после всего услышанного!