— Я понимаю, что это звучит по меньшей мере странно — главный по искусственному отбору и вдруг за естественность! Но и вы поймите… — он смял в кулаке горящую сигару и потряс ладонью. На идеально ровную траву не упало ни крошки. — Пусть граллы вносят деструктивный элемент в Галактику, но, устранив их, мы внесем в процесс глобального развития системы случайный фактор. Перекос тонких материй, прогнозировать последствия которого я не берусь. И никто не возьмется, если, конечно, понимает — о чем речь.

— Поясните, — мягко промолвил Значительный. На его твердом, с резкими морщинами лице за мимику отвечали, похоже, только брови.

— Всё просто: эволюция не терпит пустот, в природе не бывает незанятых ниш. Как только мы освобождаем нишу, занимаемую сейчас граллами, ее непременно займет кто-нибудь другой.

— Граллы — просто маньяки, свихнувшиеся на пожирании — даже собственного потомства. Эволюция сама отсекла бы их, если бы не ваша опека!

Сухощавый лишь отмахнулся:

— Именно в этом опасность. Вывести зло возможно — все генные сочетания мне лично известны — но глупо. Произойдет естественное формирование новых деструктивных элементов, а мы будем не готовы, поскольку не видим их потенциальных источников. Появление граллов НЕИЗБЕЖНО, если мы, конечно, не возьмем на себя труд их отслеживать и уничтожать. Но таким образом мы получим удвоение деструкции, и ничего больше.

— Но Галактика растет [4] , — заметил Значительный и повторил задумчиво: — Галактика растет…

— Ну и что с того? Еще несколько тысяч мегатонн звездного вещества? Простое нарастание количественной массы.

— Вы не слишком убедительны, хотя и эмоциональны, — произнес Значительный. — Но вернемся к операции.

— Да, оставим физику Вуале, — покорно закивал веретенообразной головой Сухощавый. — Если «Золотой невод» принес некоторые плоды в виде прироста нашей популяции… Но данные по завершению — это только на основе эмпирических подсчетов самого Урмо. А вот проект «Кристальная чистота» — необратимая ошибка, которая приведет к повышенной деструктивности.

— Вы меня не убедили, илох. Тот же Вуале предлагает простой и дешевый выход: генетическая выбраковка, контроль за рождаемостью, стерилизация.

Сухощавый, видимо, из чувства протеста, вновь вернулся к своему полупляжному виду. Усмешка кривила его лицо.

— Руководство всегда предпочитает простые и дешевые решения. Я только уповаю на то, что вы помните: средняя рождаемость нашей расы составляет примерно три илоха за галактический год. ТРИ ЗА ГОД!!!

— Так вам и генокарты в руки. Неужели вы не сможете протестировать трех юных илохов на предмет выявления деструктивного начала?

Сухощавый сник, но через мгновение вскинулся с новым аргументом:

— Но, Высокий, потребуются значительные мероприятия по ужесточению контроля, в том числе за безопасностью Ядра.

— Всё просчитано! — возразил Значительный.

— Но придется пойти еще и на ограничение туннельного доступа, — не сдавался Сухощавый. — Иначе не закрыть граллам доступ к энергии Ядра. Я, конечно, не допускаю мысли о вознесении Вуале, который ведает туннельной Сетью, он и без того фактически Бог. А Бог, который хоть в чем-то ограничен… Это нонсенс, Высокий илох! Это диалектическое противоречие.

— Значит, придется перетерпеть это противоречие до окончания проекта, — отрезал Значительный, поднимаясь с кресла. — Идемте, Совет ждет.

Небо исчезло вместе с горными вершинами. Их окружил огромный сводчатый зал, освещенный плавающими в воздухе матовыми шарами — уменьшенными копиями неба. По кругу были установлены одиннадцать высоких кресел, пока пустых, но вскоре в разных концах зала стали возникать высокие фигуры. Совет собрался в полном составе.

Андрей Маркелов сидел в просторной комнате на древнем подобии кушетки и поглядывал исподлобья на девушку напротив, занимающуюся какими-то подсчетами. Наконец она подняла глаза и спросила:

— Всё в порядке?

Андрей невежливо промолчал.

Если бы всё было в порядке, ноги б его не было в этом городе. И мало кто согласился бы сейчас здесь быть. Даже за тысячу рублей желающих не сыщешь. Не раньше, чем через полгода — так сказал Рольф, а он был смелым человеком…

И уж, конечно, Андрей не ожидал, что в подразделении чистильщиков — людей не столько отважных, сколько вообще отмороженных, а это доказывал сегодняшний инцидент, — он встретит девушку. Даже в качестве секретарши начальника здешнего филиала Службы Очистки Территорий, с которым Андрей только что имел счастье познакомиться. Мясистые щеки и наметившееся брюшко говорили о том, что начальник с некоторых пор предпочитает заниматься очисткой вверенных территорий, не покидая кабинета. Внешний вид шефа дополняли густые рыжие усы — видимо, в качестве намека на героическое прошлое их обладателя.