Эрл работал старательно, пытаясь не забивать голову ничем посторонним, всеми силами отгоняя тревогу. Он мысленно повторял свой замысел, каждый раз рассматривая его с новой стороны, ища в нем слабые места, стараясь предугадать непредвиденные случайности. Эрл понимал, что ощущение спокойствия, основанного на уверенности в том, что предусмотрены все мелочи, является верным признаком опасности.

И вдруг он увидел машину.

До нее было очень далеко. Машина петляла по грунтовой дороге, оставляя за собой клубы пыли. На столике рядом с Эрлом, прикрытый газетой, лежал «кольт» 357-го калибра, снаряженный разрывными пулями. Карабин был также заряжен разрывными пулями. Эрл мог в считанные мгновения дотянуться до оружия, но он надеялся, что до этого дело не дойдет.

Однако вскоре машина приблизилась настолько, что появилась возможность ее рассмотреть, и Эрл отбросил все мысли о карабине. Это был лимузин «кадиллак», на котором предпочитал путешествовать по стране мистер Дейвис Тругуд.

Успокоившись, Эрл продолжал возиться с патронами до тех пор, пока машина не остановилась перед крыльцом. Выскочивший из нее водитель подобострастно распахнул дверь перед августейшей персоной мистера Тругуда.

Эрл встал и посмотрел на гостя. В кремовом льняном костюме, голубой рубашке с желтым галстуком и красивой соломенной шляпе с желтой полоской в тон галстуку мистер Тругуд выглядел восхитительно.

— Добрый день, сэр, — сказал Эрл, шагая навстречу гостю.

— Здравствуйте, Эрл. Кажется, вы не слишком рады видеть меня.

— Проходите в дом, укрывайтесь от жары.

Мистер Тругуд поднялся на крыльцо. Пройдя следом за Эрлом в убогую гостиную, он с видимым отвращением огляделся по сторонам.

— Определенно это не роскошь, вы согласны? Что ж, вот что в наши дни можно снять за шестьдесят долларов в месяц.

— Мои ребята даже не обратят на это внимания. Они будут слишком поглощены спорами о сравнительных достоинствах тех или иных видов оружия и боеприпасов.

— И все же вы не рады моему приезду.

— Сэр, мне бы не хотелось, чтобы вас здесь видела хоть одна живая душа, которая смогла бы впоследствии вас опознать. Если мой план окончится провалом, я хочу оставаться единственным, кому известна вся картинка. Мне бы не хотелось, чтобы вас это коснулось каким-либо боком.

— Понимаю. И еще вас совершенно не радует, что какой-то богатей в роскошном лимузине привлек к себе внимание всех обитателей этой глуши. Я правильно говорю?

— Да, сэр.

— Что ж, успокойтесь, мы ехали сюда окружными дорогами, а после Монтгомери я ни разу не выходил из машины. Вас это устраивает?

— Да, сэр. Поскольку вы платите, вы всегда желанный гость.

— Эрл, я приехал, чтобы поговорить с вами о плане.

— Да, сэр?

— Должен сказать, в нем есть один существенный недочет.

— Вы оплачиваете все счета, мистер Тругуд, и, раз вам кажется, что есть недочет, я внимательно вас выслушаю и попытаюсь его исправить.

— Замечательно.

— Я сейчас как раз занимался тем же самым. Пытался взглянуть на все свежим глазом. Быть может, вы увидели что-то такое, чего я пока что не замечаю.

— На самом деле это относится не к собственно нападению. Я имел в виду более широкую картину.

Эрл прищурился. Что задумала эта птица?

— Да, сэр?

— Вы морской пехотинец. Вы собираетесь напасть на колонию, а затем быстро отступить, верно?

Это было настолько верно, что Эрл просто кивнул.

— Так. Ну хорошо, а что станется с ними?

— С кем с ними?

— С неграми. После того как вы расправитесь с охраной, вам придется иметь дело с двумя сотнями заключенных и тридцатью пятью местными жителями, застрявшими в этой глуши за много миль от цивилизации. Вы затопите тюрьму двадцатифутовым слоем черной воды. А что станется с этими людьми?

Подумав немного, Эрл сказал:

— В чем-то вы правы. Но если бы во время войны мы забивали голову подобным, мы так до сих пор и не сдвинулись бы с места. Мы все еще торчали бы в трюмах десантных кораблей у берегов Гуадалканала.

— Разумеется, я вас понимаю. Вы привыкли мыслить именно так. Замечательно. Я это принимаю. Однако сейчас этого не должно произойти.

— Что вы хотите сказать?

— Не беспокойтесь, этим займусь я сам.

Эрл прищурился.

— Мистер Тругуд, мне это совсем не по душе. Вы говорили, что лучше всего чувствуете себя в кабинете за письменным столом. И вдруг вы хотите отправиться туда, где воздух будет насыщен летящим свинцом, где будет очень жарко. Любой, даже самый проработанный план не выдерживает первого же столкновения с неприятелем, и я уверяю вас, что то же самое может ожидать нас сейчас. Кто-то из ребят может получить пулю; возможно, это случится и со мной. Мне бы очень не хотелось, чтобы с вами произошла какая-нибудь неприятность. На работу такого рода вы не нанимались.