Я покорно склонил голову:

— Разумеется… Только ты — старшина городской стражи, а я все-таки числюсь в первом отряде Лоренгарда. И твои приказы, старшина Стиллберд, мне абсолютно параллельны… Арбалет дашь?

Велия раздраженно пнула меня острым носком сапога в голень, обозвала скотиной и отстегнула от пояса небольшую пятизарядную игрушку, стреляющую короткими толстыми стальными шипами на довольно внушительное расстояние.

— Спасибо, — вежливо кивнул я, — и не больно совсем. Вот у меня дома гриндера остались — в них действительно один удар приравнивается к двум переломам! В юности, бывало, вставлю в них белые шнурки и иду на рынок одежду покупать. Скидка не менее пятидесяти процентов обеспечена!

— Интересно, если отрезать тебе язык, сможешь ты и дальше трепаться? — прервала она мои светлые воспоминания.

— Не вздумай проверять! — Я на всякий случай отодвинулся от нее. — Смотри, как работают настоящие профи!

Опустившись для удобства на одно колено, тщательно прицелился и плавно нажал на спусковой крючок. Стрела просвистела у самого уха резко прекратившего орать прыгуна. Поднявшись на ноги, я навел на него арбалет и властно прокричал:

— Если сейчас же не прыгнешь сам, следующая стрела застрянет у тебя в колене! Это очень больно!

Как и предполагалось, истерик мигом исчез из окна, очевидно решив перенести акт суицида на более благоприятное время..

— Стрелу брось обратно! Не то поднимусь, и для тебя это добром не кончится! — добавил я из подлости.

Через пару секунд стрела упала на камни. Вставив ее на место, вернул арбалет владелице.

— Вот видишь, — поучительно изрек я, — как полезно использовать не ноги, а голову! Исключительно благодаря моему могучему разуму в несколько секунд укреплена репутация стражи и спасена невинная душа! Учись, старшина!

Велия презрительно покосилась на меня и невинно уточнила:

— За последние дни это первый, кто не решился сверзиться на мостовую!

— Ну, с кем не бывает! — отмахнулся я. — К тому же говорил, говорю и буду говорить: суицид — дело глубоко личное! Например, мне бы очень не понравилось, если бы меня бесцеремонно оторвали от столь ответственного занятия!

— Почему ты не можешь быть, как все? — туманно осведомилась она.

— Как все? — призадумался я. — Кто это — все?

— Ну, — она развела руками, определяясь, — те, кто нас окружает.

Я огляделся: вокруг, как всегда, шнырял обычный сброд.

— Ты знаешь каждого из них?! Она побледнела от гнева:

— Издеваешься?!

Я прекрасно понимал, что несколько переигрываю, но маленький подлый человечек, живущий глубоко во мне, упорно не желал останавливаться.

— Тупая, не имеющая собственного мнения толпа самовлюбленных дебилов — вот твои «все»! Отсюда безрадостный вывод: все — это никто. А я — личность!

— Ты — трепло! — подкорректировала Велия.

— Пусть так, — индифферентно зевнул я. — Но если твои абстрактные «все» станут нырять в кипящий битум, не собираюсь следовать за ними!

— Знаешь, — хрустнула она пальцами, — совершенно необязательно отрезать тебе язык, чтобы ты заткнулся. Есть и более мирные способы.

— Э-эй! — вполне серьезно перепугался я. — Шуток не понимаешь?!

Причины для беспокойства имелись основательные. Как-то меня угораздило похабно постебаться по. поводу одного открывшегося «кошкиного дома». Велия, разгневавшись, шепнула несколько непонятных слов, после чего я несколько дней молился всем известным мне богам, чтобы похотливая часть моего тела смогла функционировать! К счастью, заклинание рассеялось менее чем за неделю. И все равно ужасов, отчаяния и ночных кошмаров хватило с избытком!..

Небо закрылось серыми плотными тучами, и на мгновение полыхнуло красным. Я тряхнул головой, не поняв, что произошло.

— Видел?! — взволнованно спросила Велия.

— Что?

— Небо было красным! — Она взбудораженно схватила меня за грудки.

— Нуда… — промямлил я, не понимая причину столь сильного волнения.

Велия с силой вонзила мне в бок острый локоток и подхватила сзади под мышки.

— Эй, ты чего?! — завопил я, чувствуя, как земля стремительно уходит из-под ног. — Отпусти сейчас же!

Она ослабила хватку. Я с ужасом глянул на простиравшуюся внизу землю. Сердце с гулким стуком провалилось в желудок. Пришлось экстренно пересмотреть свое решение:

— Нет-нет, держи крепче, а то уронишь еще!.. Какого хрена…

— Да заткнешься ты когда-нибудь?! — раздраженно прошипела Велия, ударяя меня по затылку.

«Никогда!» — хотел провопить я, но не смог.

Из горла не вырвалось ни звука, как я ни старался. Мой дивный, немного хриплый, вечно чуточку простуженный голос, без которого я не мыслил себя, покинул меня в одно мгновение.