— Ты простишь меня?

Она долго молчала.

— Ты обидел меня, Сэм.

— Знаю. — Он нежно провел большим пальцем по ее подбородку. — Я исправлюсь, милая.

Энни отступила назад, но он шел за ней, не отрывая взгляда от ее лица.

— Ну что мне сделать, Энни? Подвесить самого себя на пыточный столб?

Сдержав улыбку, она провела кончиками пальцев по напряженным мускулам его груди.

— И расцарапать этот чудесный торс? Не надо.

Он усмехнулся.

— Значит, ты не так уж меня ненавидишь?

— Ненависти никогда не было в моей душе, Сэм.

Он приподнял подбородок своей пленницы и заглянул ей в глаза.

— Как мне заслужить твое прощение?

— Помоги мне найти мою прапрабабушку.

Он тяжело вздохнул.

— Конечно, помогу! Значит, договорились.

Но вдруг она и впрямь окажется повинной в убийстве и прочих злодействах? Что мы тогда будем делать?

Она закусила губу.

— Ты хочешь знать, смогу ли я отдать ее в руки правосудия?

Он кивнул.

— Не знаю, Сэм, — честно призналась Энни. — Там посмотрим.

Они надолго замолчали. Наконец он спросил:

— Ты в самом деле этого хочешь, Энни?

— Сэм, я должна ей помочь.

— А знаешь, чего хочу я? — спросил он дрожащим от волнения голосом.

— Нет, не знаю.

Он нежно прижал ее к себе.

— Я хочу удержать тебя здесь навсегда. Не знаю, почему я нашел тебя, милая, но я счастлив оттого, что ты у меня есть. Однако куда бы мы сейчас ни отправились, мне кажется, мы в конце концов должны будем расстаться.

Его страдальческий взгляд и нежность тронули Энни.

Она закинула руки ему на шею. От него так чудесно пахло! Он казался таким теплым и сильным… Впрочем, он прав: если они сделают, как она хочет, то им придется расстаться. Как было бы здорово укрыться вместе с ним от всего мира — точнее, от их обоих миров, — но это не решило бы их проблем.

— Мы не можем просто взять и отмахнуться от всего этого, Сэм.

— Почему? Ведь тебе здесь нравится.

— Да, но…

— Ты меня хочешь.

Сердце Энни гулко ухало под ребрами. Сэм смотрел на нее в упор. Ей хотелось заблудиться в океане их любви и больше никогда не отпускать его от себя.

И все же она печально покачала головой.

— Да, ты прав, Сэм, но мне надо спасти мою прапрабабушку. Мы уже потеряли столько времени…

— Ты собираешься меня наказать?

— Нет, Сэм, дело не в этом.

Он вцепился в ее плечи.

— Разве? Ты сказала мне, что не будешь моей, потому что я тебе не верю. Но теперь я тебе поверил, Энни, а ты опять колеблешься.

Его напор сразил Энни. Она открыла рот, собираясь ответить, но Сэм впился в ее губы жадным поцелуем. По телу Энни разлился блаженный огонь страсти. Как же она по нему соскучилась!

Сэм быстро уложил ее на подстилку из сосновой хвои и опустился рядом, проворно снимая с нее рубашку. Энни почувствовала его губы на своем горле, потом на груди. Она зажмурилась от удовольствия, когда язык Сэма коснулся ее затвердевшего соска.

— Скажи, что ты меня прощаешь, Энни, — прохрипел он. — Я хочу услышать это из твоих уст, и немедленно.

— Я прощаю тебя, Сэм, — прошептала она.

— Итак, с этим покончено. Да?

— Да.

Он отклонился назад и посмотрел ей в глаза, расстегивая ее джинсы.

— Скажи, почему ты стонешь, когда мы занимаемся любовью? — спросил он с улыбкой.

Она обвила руками его шею.

— Потому что я счастлива, Сэм.

— Ох, милая!

Энни прижала к себе голову Сэма и страстно его поцеловала. Ему не требовалось иного приглашения. Уверенными руками он стянул с Энни джинсы и тут же овладел ею, содрогнувшись в экстазе. Она застонала, растворившись в этом самозабвенном соитии.

— Тебе не больно, милая? — сипло прошептал он, приподнимая ее ягодицы.

— Мне приятно до боли, — простонала она, целуя его волосы и лицо.

— Ох, Энни!

Она прижалась к нему всем телом, испытывая доселе неизведанное блаженство, вскоре достигшее крайней точки. «Как я могла так долго ему отказывать? — пронеслось у нее в мозгу, когда наступила долгожданная разрядка. — Если я его когда-нибудь потеряю, я умру».