— А это кто? — спросил Шофилд.

— Это моя дочь, Кирсти, — сказала Сара, кладя свою руку на плечо девочки. — Кирсти, это лейтенант Шофилд.

— Привет! — сказал Шофилд.

Ничего не ответив, Кирсти Хинсли просто стояла и смотрела на Шофилда, изучая его бронежилет, шлем и оружие.

— Прикольные очки, — сказала она наконец.

— Что? Ах, да, — сказал Шофилд, дотронувшись до своих серебристых антибликовых очков. Он знал, что в сочетании с белым комбинезоном, бело-серым бронежилетом, однолинзовые зеркальные очки делали из него ледяного человека. Ребенку это должно было понравиться. Шофилд не снял очки.

— Да, они прикольные, — сказал он. — Сколько тебе лет?

— Двенадцать, почти тринадцать.

— Да?

— Для своего возраста я достаточно маленькая, — сухо добавила Кирсти.

— Я тоже, — сказал Шефилд кивая.

Он посмотрел на подошедшего к нему тюленя, который принялся обнюхивать ему колено.

— А твоего друга как зовут?

— Это девочка, ее зовут Венди.

Шофилд нагнулся и позволил тюленю обнюхать свою руку. Она была некрупной самкой, размером примерно со среднюю собаку, и на ней был изящный красный ошейник.

— Венди, Что это за вид? — спросил Шофилд, потрепав Венди по голове.

— Кергеленский морской котик, — сказала Кирсти. — Антарктический морской котик.

Венди потерлась о ладонь Шофилда, как будто просила его почесать у себя за ухом. Он погладил ее затем она вдруг повалилась на пол и легла на спину.

— Она хочет, чтобы Вы почесали ей животик, — сказала Кирсти, улыбаясь. — Она это любит.

Венди лежала на площадке на спине, широко расставив свои ласты в ожидании ласки. Шофильд нагнулся и быстро почесал ей живот.

— Вы только что приобрели друга на всю жизнь, — сказала Сара Хинсли, пристально глядя на Шофилда.

— Отлично, — сказал Шофилд, поднимаясь.

— Не думала, что морские пехотинцы могут быть столь дружелюбными, — сказала вдруг Сара, отводя взгляд.

— Мы не бессердечны.

— Если только у вас нет определенной цели.

Комментарий заставил Шофилда обернуться и пристально посмотреть на Сару, Стало ясно, что она все прекрасно понимает.

Шофилд медленно кивнул, соглашаясь с критикой.

— Мэм, если вы не возражаете, давайте вернемся к теме нашего разговора: вы знакомы с двумя из них и слышали об одном, правильно?

— Да, верно.

— А что насчет четвертого, Кювье?

— Никогда с ним не встречалась.

Шофилд продолжал.

— А сколько человек они забрали в Дюрвиль?

— В их лодке могло поместиться только шесть человек, поэтому один из них увез пятерых.

— Оставив четверых здесь?

— Совершенно верно.

Шофилд кивнул. Затем он посмотрел на Хинсли.

— Мне необходимо с вами еще кое-что обсудить. Я имею ввиду то, что вы нашли внизу подо льдом, и о Реншоу… о случившемся.

Сара поняла, о чем он говорил. Подобные вопросы не стоило обсуждать в присутствии двенадцатилетней девочки.

Она кивнула.

— Нет проблем.

Шофилд огляделся вокруг: он посмотрел на бассейн внизу, на проходы вдоль стен цилиндра, туннели, исчезающие во льду. Что-то было не так, и это что-то не давало ему покоя.

И вдруг он понял и обратился к Саре.

— Прервите меня, если это глупый вопрос, но если вся эта станция помещена в шельфовый лед и все ее стены изо льда, почему он не тает? Вы непременно должны выделять много тепла здесь своим оборудованием и вообще. Разве стены не должны постепенно таять?

— Это не глупый вопрос, — сказала Сара. — На самом деле, это очень хороший вопрос. Когда мы впервые приехали сюда, мы обнаружили, что тепло, выделяемое при использовании колонковой буровой машины, действительно постепенно растапливает ледяные стены. И мы установили охладительную установку на уровне С. Это термостат, поддерживающий стабильную температуру около — 1° С, независимо от того, сколько тепла мы выделяем. Забавно то, что, хотя на поверхности температура почти минус тридцать, охладительная система в действительности согревает воздух на станции. Нам это нравится.

— Очень умно, — сказал Шофилд, оглядев станцию вокруг.

Его взгляд остановился на столовой. Люк Шампьон и другие французские ученые находились там, сидя за столом вместе с обитателями Уилкс. Шофилд смотрел на них, задумавшись о чем-то.

— Вы заберете нас домой? — вдруг сзади раздался голос Кирсти.

Какое-то время Шофилд продолжал смотреть на четырех французов, сидящих в столовой. Затем он обернулся к девочке.

— Пока нет, — сказал он. — Скоро приедут другие люди и увезут вас домой, Я здесь, чтобы вы были в безопасности до их приезда.