— Нет. У меня неопределенный статус. Скорее, как сопровождающий принца.

— Странно. Но как говорится, отцам-командирам видней.

— Скорее всего, здесь замешана какая-то политика.

Ближе к концу приема Кима пригласили к принцу.

— Ты становишься чрезвычайно популярным среди наших военных, — сказал принц. — Они в восторге от тебя, говорят, что еще не видели человека, который знает обо всех и обо всем. Откуда?

Ким удивленно посмотрел на принца:

— Из протокола, конечно.

— Ага! За полчаса выучил список всех приглашенных, а их там около двухсот человек. Потом проштудировал все их регалии и заслуги, вычислил, кто есть кто, потом представил их друг другу — и не разу не ошибся. Слушай, господин лейтенант, а ты вообще-то человек?

— А сам на параде полчаса говорил, правда, не знаю, ошибся или нет.

— Это другое дело, перед этим я целую неделю речь учил. И потом, у меня большой штат подсказчиков, которые постоянно бубнят мне в ухо.

— Ты же ходил со мной на занятия по «Биадо».

— Ну?

— Упражнение с картинками помнишь? Тренировка зрительной памяти. Заучивать ничего не надо, все и так перед глазами, как в компьютере.

— Не может быть. Потом покажешь.

— Зачем тебе, у тебя же подсказчики есть?

— Эх ты. Так ничего не понял. У нас обходиться без суфлеров считается высшим пилотажем, такого человека все уважают.

— Ладно, но на это надо много времени затратить, а, насколько я понял, у тебя его нет.

— На это найдется. А где наши дамы, они не скучают?

— Наши дамы уже потихоньку покинули нас, да, наверное, и мне надо уже откланяться. Память памятью, а голова трещит — не привыкла к такой нагрузке, — поморщился Ким.

— Завтра в десять отбываем. На завтрак придешь?

— Нет. Вы уж как-нибудь с виконтом.

— С Виконт? А что, это мысль.

— Эй! Ваше высочество, прекратите соблазнять моих соотечественниц. В конце концов, все равно из этого ничего путного не выйдет.

— Ну почему? Алита мне очень понравилась.

— Привет! Она же яркая, и глупенькой ее тоже не назовешь, а мне помнится, кто-то совсем недавно выказывал другие пристрастия.

— Это были не мои пристрастия, а совет тебе.

— И все-таки я не думаю, что это хорошая идея. Им, наверное, тоже надо отдохнуть.

— Так ты придешь?

— Шантажист. Ты уже второй раз меня шантажируешь.

— Ха! Ас кем ты имеешь дело? Нам с пеленок прививают склонность к шантажу. Если я не буду интриговать и шантажировать, меня распнут на раз-два.

— Раньше я этого за тобой не замечал.

— Надо же когда-то начинать, — рассмеялся Виллан.

Нормального сна у Кима не получилось. Он постоянно просыпался от каких-то кошмаров, но что это были за кошмары, почему-то припомнить не мог. Вдобавок снова разболелась голова и выступил холодный пот. Встал он весь разбитый и невыспавшийся. После того как не помогли лекарства, Ким решил провериться в медблоке — уж не заболел ли он.

— Ничего страшного не находим, — заявил ему дежурный медик после осмотра. — Небольшое умственное переутомление. Сейчас снимем боль, немного поднимем тонус и все в порядке. Только обязательно потом надо выспаться.

Ким поблагодарил его за оказанную помощь и отправился приводить себя в порядок.

Завтрак был хорош, и, хотя ни Ким, ни девушки не привыкли к тому, что за спиной постоянно находились официанты, предупреждая любое их движение, обстановка за столом была непринужденной. Много шутили, рассказывали о предстоящих планах. Аламор превзошел себя в галантности, чем вызвал у девушек восторг. Когда завтрак закончился, Виллан предложил посетить рубку флагмана, но здесь Ким решительно воспротивился.

— Не стоит мешать адмиралу, — сказал он и многозначительно посмотрел на принца.

Немного позднее, когда они остались одни, Ким сказал Виллану:

— Командует флотом адмирал, рубка флагмана — это его территория, и никто не имеет права ему мешать. Он, конечно, может перетерпеть краткий визит высокого лица в момент стоянки, ноне более того. Сейчас флот в походе, кроме того, готовится к прыжку, в рубке идет напряженная работа, присутствие высокого лица создаст нервозную обстановку и может вызвать досадную ошибку, цена которой может быть весьма велика.