Саба весело зашипела:

— Могу зазвидетельзтвовать, что это работает.

— Я надеюсь, вам понравилась поездка, господа рыцари, — голова дроида-пилота повернулась на 180 градусов. — Пожалуйста, при выходе смотрите под ноги.

Через несколько минут, когда они попрощались со своими спутниками и по одному из коридоров «Старсайдера» направились к своим комнатам, Джайна повернулась к Джейсену.

— Кре'фей даст тебе эскадрилью, — сказала она. — Я удивляюсь, почему он не сделал этого раньше.

— Потому что я не хочу.

— Почему? — спросила Джайна более раздраженно, чем намеревалась. Джейсен всегда искал более глубокий смысл разных явлений, и это означало, что он иногда отказывался от чего-либо, предпочитая поиск смысла данного явления. Одно время он отказался быть воином, отказался использовать Силу и даже по всем признакам отказался от роли джедая… а теперь он отказывается быть пилотом?

Вот только быть несносным он не отказался.

— Я довольно прилично вожу истребитель, — сказал Джейсен. — Но я уже позабыл все эти военные процедуры, субординацию, тактику… Я лучше побуду простым пилотом, я пока не готов брать ответственность за одиннадцать чужих жизней.

— О, — смутилась Джайна. — Тогда ты можешь полететь с Тахири. Еще один джедай в эскадрилье будет ей очень кстати.

— Но не в этой миссии, — ответил Джейсен. — Не на Илесию. Я хочу полететь с тобой, раз уж мы оба в десантной команде.

Джайна кивнула:

— В этом есть смысл. Мы найдем для тебя место.

Джейсена что-то беспокоило.

— Что ты думаешь о плане Кипа Даррона? — спросил он. — Что-то еще здесь кроется.

— Я думаю, Кип с этим покончил. Меня-то как раз беспокоит твой план, не его.

Джейсен удивился.

— Захват лидеров «Бригады Мира»? Но почему?

— Кре'фей правильно сказал, что многое может пойти не так. У нас недостаточно информации по Илесии, чтобы быть уверенными в успехе.

— Но ты же согласилась присоединиться к десантному отряду.

Джайна вздохнула.

— Да. Но сейчас я думаю: а не оставить ли Илесию в покое, пока не наберемся опыта и не улучшим разведку?

Джейсен не нашелся что ответить. Они молча шли по коридору, осторожно ступая позади дроида, драившего палубу; дроид оставлял за собой запах мастики. Затем Джейсен нарушил молчание.

— А что у тебя с Кипом? Я уловил нечто необычное.

Джайна почувствовала, что краснеет.

— Кип в последнее время проявляет ко мне некоторые… чувства.

Джейсен изумленно посмотрел на нее. «Немного церемонно», — решила Джайна. Эта церемонность не нравилась ей в нем больше всего.

— Он не староват для тебя, как думаешь? — спросил он. Тоже церемонно.

Джайна попыталась сдержать досаду, вызванную этим допросом.

— Я признательна Кипу, он помог мне свернуть с темного пути, — сказала она. — С моей стороны — благодарность. Со стороны Кипа…

Она помедлила.

— Я лучше не буду вдаваться в подробности. Что бы там ни было, с этим покончено.

Джейсен кивнул. Церемонно. Джайна подошла к двери своей каюты и положила руку на замок.

— Это хорошо, — сказал Джейсен. — Потому что пока меня не было, ты успела разбить ошеломляющее количество сердец. Сначала сын барона Фела, теперь самый непредсказуемый джедай во всем ордене…

Разъяренная Джайна открыла дверь, вошла внутрь, и тут же в темноте ее схватили чьи-то руки. Кто-то очень профессионально взял ее за локти и развернул лицом к себе. В голову ударил знакомый запах — пряный аромат Неизведанных регионов, и Джайна ощутила жар мужских губ на своих губах.

Мгновением позже — что это мгновение продолжалось так долго, она никогда себе не простит — Джайна вспомнила, что надо сопротивляться. Высвободить руки не было возможности, поэтому она призвала Силу и отбросила противника в дальний конец комнаты. Раздался грохот, с полки что-то посыпалось. Джайна отступила к двери и включила свет.

Поперек кровати неуклюже растянулся Джаггид Фел. Он осторожно ощупывал свой затылок.

— Не могла меня просто стукнуть? — пожаловался он.

— Что ты здесь делаешь?

— Провожу эксперимент.

— Что?! — взбешенно воскликнула Джайна.

Он поднял свои зеленые глаза и встретился с ней взглядом.

— В твоих последних посланиях я обнаружил некоторую двусмысленность, — начал Фел. — Я уже не мог с уверенностью сказать о твоих чувствах ко мне, поэтому я решил провести эксперимент, чтобы выяснить это. Я хотел поставить тебя в ситуацию, лишенную двусмысленности, и посмотреть твою реакцию.

Несносная улыбочка тронула уголки его рта:

— Эксперимент удался.