Шрифт:
А я, человек без лица, буду тихо гнить в безымянной могиле. Или столь же тихо лежать на койке под вечной капельницей, с биополимерно-полисахаридной маской, кое-как прикрывающей лицевые кости…
Сверху упала доска, задела меня по плечу, подо мной тоже треснуло источенное червями дерево. Еще немного и все стало рушиться сверху и снизу. Я бежал, пытаясь опередить очередную ловушку, уловить какой-то ритм в этом распаде. Когда подо мной не осталось ни одной точки опоры, я оттолкнулся от падающего вниз столба и зацепился за проем чердачного оконца. Сквозь прорехи крыши сверху падали и хватали за одежду персонажи, похожие на мертвых летчиков. Какими-то последними усилиями я отбился от них, подтянулся и оказался на крыше. Но это не было победой. Я тут же покатился, набирая скорость. Возможностей задержаться на крутом скользком скате было у меня не больше чем у мячика. Через секунду я уже висел над пропастью, пальцы цепляющихся рук медленно расчленялись острым загнутым вверх краем крыши…
И только тут я понял, что подключили меня вчера, на вечеринке в честь встречи ветеранов спецназа, вернее сразу после нее. Какие-то типы вроде бы снимали документальный фильм про нас. А потом один из них, белобрысый такой, в бейсболке, на которой было написано «Information wants to be free», предложил довезти меня до дома. Сейчас в моей памяти только то, что я стукнулся башкой, когда садился в машину, и с минуту видел искры перед глазами – так это и была точка подключения! Искры – результат настройки нейроконнекторов…
В сырой темный воздух над домом, где живут нежильцы, взмыли огни фейерверка. Играющие огоньки образовали в небе надпись:
«Game over. Падение с крыши означает смерть. Для спасения вы должны ввести код.»
Ясно, какой код. Петух, корова, пизанская башня, цифра «семь»… Нет, ты просчитался, хакер. Плевал я на подаренную тобой крысиную жизнь. Главного ты у меня не украл, урод. Способность пожертвовать собой ради долга и чести. Я разжал пальцы и полетел в украшенную праздничными огоньками пропасть…
Человек, похожий на ирландца рыжими волосами и лошадиным лицом, стоял на плоской крыше небоскреба. Он смотрел на садящийся вертолет, придерживая рукой бейсболку с задиристой надписью «Information wants to be free». Из машины, когда удары лопастей стали чуть слабее, вышли двое и еще трое. Трое образовывали защитный треугольник вокруг двоих. Холуи и господа.
Один из господ, азиатской внешности, приторно улыбаясь, сказал «ирландцу»:
– Поздравляю вас и себя заодно, вы не подвели нас. Но остался маленький технический вопрос. Как вы все-таки выудили код из этого мента, если он, так сказать, «упал с крыши»?
– Это маленький технический секрет, позвольте я оставлю его при себе.
– Да бог с вами. Давайте сюда вашу информацию.
– Какую информацию? – нарочито небрежно откликнулся «ирландец».
– Честно говоря, я не любитель такого рода шуток, – заметил второй господин безупречной нордической внешности. – Вы должны понимать, что все мы устали, что изрядно перенервничали, когда вся информация неожиданно оказалась сброшенной только на российский узел Бионета. Теперь все киберобъекты стоимостью в несколько миллиардов долларов находятся в накопителях, имплантированных в соединительную ткань под кожей ваших пальцев. Вам не хочется поскорее избавиться от излишнего груза в руках?
– Мне хочется избавиться от всех лишних грузов, – согласился «ирландец».
Из вертолета выбрался человек – относящийся явно к холуям. У него в руках был коммуникационный прибор с двумя контактами скин-интерфейса. Холуй подошел к «ирландцу» и начал давать указания:
– Положите ладони на контакты и, после того как зажжется синий индикатор, держитесь крепко в течение трех-четырех секунд, пока не замигает зеленый индикатор.
– Окей, это проще пареной репы. Обычно у вас просят повторить, но я не доставлю вам такого удовольствия. И вообще, господа и возможно дамы, сыграйте туш, сейчас произойдет весьма знаменательное событие.
«Ирландец» положил левую руку на контакт, а правую еще поднес к шее, как будто чтобы почесать.
– Эй, – крикнул один из холуев, – делайте в точности, что вам говорят.
– Я слышу много голосов.
В следующий момент «ирландец» уже скрывался за телом человека с коммуникатором и вел стрельбу по холуям и господам из «Стечкина». Пули, выпущенные рукой специалиста по «стрелялкам» били без промаха, в череп. Но один из холуев успел дать очередь из пистолета-пулемета «Беретта», прежде чем упал сам.
На площадке лежали шесть человек, преступная биография которых завершилась. Кашляя, раненый «ирландец» отпихнул труп и сел. Он посмотрел на рубаху, по которой расплывалась кровь.
Сверху послышался шум лопастей – это заходил на посадку следующий вертолет с гангстерами.
«Ирландец» нетвердым шагом, зажимая рану, направился к краю крыши.
Его мысли были закатно просты: «Мент прыгнул в пропасть, потому что считал себя лучше, чем я. Но товарищ капитан не знал, что когда он смайнал вниз, я уже был им. Я оказался в шкуре человека, для которого слово „честь“ – не пустые звуки. И это мне, как ни смешно, понравилось».