Патрик вел машину по заснеженным улицам города. Сидя на переднем сиденье машины, Элли все еще задавалась вопросом, почему Тоби должен поехать с ними. Разумеется, он был помощником Патрика, но ведь речь шла о семейной вечеринке по случаю помолвки Сары. Надо полагать, брат Элли гораздо больше знал о семье Делакорт, чем она могла себе представить, но это никак не объясняло тот факт, что его пригласили на подобное торжество.

Элли нахмурилась — ни к чему забивать себе голову такими загадками, ей и так есть о чем поразмыслить.

Во-первых, этот подарок Патрика…

Даже теперь, сидя внутри машины, она продолжала ощущать нежное тепло шерстяной накидки. Не приходилось сомневаться, что Патрик сам, без чьей-либо помощи, выбрал для нее этот подарок, что делало его вдвойне ценным.

Во-вторых, поцелуй…

По правде говоря, едва ли Элли доводилось испытывать что-либо более волнующее, чем прикосновение к чувственным губам Патрика.

«Остановись, Элли», — приказала она самой себе. Не следует думать, что такое еще когда-либо повторится!

Дом семьи Делакорт был освещен яркими огнями. Патрик припарковал автомобиль в ряду еще около двадцати «ягуаров», «мерседесов» и «роллс-ройсов». Хотя, как справедливо заметил Гарет, Элли и была любимой секретаршей шефа, она еще ни разу не бывала у него дома. Теперь ее просто ошеломил прием, который ей оказали.

Двери им учтиво открыл дворецкий, верхнюю одежду приняла специальная горничная. Потрясла Элли и роскошь внутреннего убранства.

Интересно, у родителей Патрика такой же дом?

«Да уж наверное», — подумала она. Хотя, как говорил ей брат, Патрик, будучи холостяком, жил отдельно от них, в собственной квартире в центре города.

Каким же скромным, должно быть, выглядело в глазах Патрика ее собственное жилище! Тут и сравнивать нечего. Элли не следует забывать о разнице в их положении.

Взяв ее под локоть, Патрик повел их с Тоби в большой зал для приемов, откуда доносились оживленные голоса и смех. Элли тут же захотелось убежать отсюда как можно дальше, поджав хвост. Словно прочитав ее мысли, Патрик заметил:

— Моя семья не кусается, Элли! По крайней мере при первой встрече.

— Звучит ободряюще, — отозвалась она, беря бокал шампанского у проходившего мимо официанта.

— Прошу извинить меня, — пробормотал Тоби и, стремительно сорвавшись с места, растворился в толпе гостей.

Элли озадаченно посмотрела ему вслед.

— Пойдем поздороваемся с Джорджем и Мэри, — предложил Патрик, словно не замечая ее замешательства. — Возьми меня под руку, пожалуйста. Не хотелось бы потерять тебя в этой толпе.

Элли такая возможность страшила еще больше: кроме Джорджа и Мэри Делакорт она не знала тут ни одного человека. Зал был поистине огромным; он, вероятно, занимал практически весь первый этаж дома, его высокие окна-двери выходили в сад. Однако здесь было около полусотни гостей, и свободного места совсем не оставалось.

— У нас большая семья, — заметил Патрик, пробираясь сквозь толпу к камину, возле которого родители Сары беседовали с какой-то другой пожилой парой.

У Элли и Тоби было несколько тетушек, дядюшек, двоюродных братьев и сестер, но они никогда бы не смогли заполнить целиком даже ее небольшую гостиную.

Беспокойство Элли только усилилось, когда она заметила, как Мэри Делакорт похожа на высокого пожилого мужчину, с которым разговаривала. Элли поняла, кто это, еще раньше, чем незнакомец радостно улыбнулся, заметив их. Его сходство с Патриком не вызывало сомнений.

Поздороваться с Джорджем и Мэри Делакорт это одно дело, но знакомиться с родителями Патрика…

Элли резко остановилась.

— Элли, ты только поприветствуешь их, — попытался успокоить ее Патрик. — Тебе не нужно объяснять им суть наших отношений.

— Нет, — она решительно отпустила его руку. Мое согласие помочь тебе еще не значит, что я должна запутывать все еще больше, представляясь твоим родителям. Иди поздоровайся, а я пока схожу в дамскую комнату.

— Но…

— Я сказала «нет», Патрик. — Глаза Элли холодно встретили его взгляд. — Когда ты закончишь разговаривать с ними, я буду ждать тебя возле вот этого окна.

Он озадаченно покачал головой.

— Ты самая упрямая из всех женщин, которых я когда-либо знал.

— Приятно сознавать, что я хоть чем-то отличаюсь от остальных.