Шрифт:
— Ты только что едва не подарил Зурху свое тело, — сухо резюмировал чуть колыхающийся, когда сквозь него проплывали любопытные рыбины, атлант, висевший в двух шагах от парочки. — И чуть было не провалил все дело в последнем шаге от успеха.
— Этого олуха ты захомутал таким же способом? — обратился он к еще не до конца поверившему в свою неудачу лемурийцу, самым оскорбительным образом тыча полупрозрачным пальцем ему в грудь.
«Клевета! — вскинулся мертвец. — Он согласился совершенно добровольно!»
— Ага! А потом, видимо от полноты чувств, вышиб себе мозги из этой пукалки! — кивок на все еще зажатый в безвольной руке Сергея кольт. — Ты что, поверил ему?
— Но…
— А кто тебя хотел убить у того ручья? По чьему приказу сожгли твоих девчонок?
В голове Извекова, промывая все уголки мозга, ледяной волной поднималась ненависть… Нет, не к жалкому, разваливающемуся на глазах бедняге, неосторожно подпустившему к себе вкрадчивого монстра, а к самому неощутимому пожирателю человеческих душ, скрывающемуся теперь внутри безвольной куклы.
Не совсем отдавая себе отчет в том, что он делает, Сергей вскинул пистолет и нажал на спуск.
Вырвав из груди мертвеца клок гниющей плоти, пуля отшвырнула его на несколько шагов назад, по направлению к установке, заставив испуганно порскнуть во все стороны рыбью мелюзгу и величаво посторониться более крупных темпоратусов.
— Так его! — зааплодировал джедай, отмахиваясь от воспылавшего к нему неожиданной любовью огромного, почти в его рост, розово-зеленого увальня, норовившего отщипнуть клочок рясы. — Бей гадов!
Длительное общение с представителями человеческой расы не самым благотворным образом сказалось на его лексиконе.
Гад имелся всего в одном экземпляре, но Сергей спорить не стал и, шагнув ближе к мишени, нажал на спуск еще раз.
«Это не по правилам! — завопил расстреливаемый, которого отбросило еще дальше. — Ты нарушаешь конвенцию, Аллуропатомис!»
Экзекутор впервые услышал настоящее имя Йоды, но восторгаться этим фактом не стал, а еще подвинул Зурха к машине. Правда, с каждым разом перемещения эти становились все более короткими…
С трудом отдирая ставшие вдруг неподъемными подошвы от пола, Сергей сделал ещё три шага и, словно двухпудовую гирю, поднял пистолет на уровень груди. Отдача от выстрела едва не швырнула его наземь, а противник почти не сдвинулся с места.
Мертвец оплывал книзу, став страшным, словно вурдалак из голливудских ужастиков.
«Ты ответишь за свое вероломство…»
Зурх внезапно окутался светящимся ореолом, из которого, казалось, прямо в лицо человеку ударил ослепительный луч…
«Ого!!!» — только и успел подумать Извеков, шарахаясь в сторону, но залп предназначался вовсе не нему.
Метрах в пяти позади Сергея стая призрачных темпоральных тварей рвала друг у друга изо рта какие-то полупрозрачные лохмотья.
«Спекся атлант!»
— Ах, ты так!
Тяжесть застилала темнотой глаза, но Извеков смог сделать еще шаг к почти уже бесформенному лемурийцу и, уперев в его тушу ствол кольта, нажал на спуск раз, и еще, и еще…
С каждым попаданием тот пятился все дальше, пока в очередной раз не остановился на месте, а пополз, словно увлекаемый каким-то невидимым потоком, влево…
Ничего человеческого в лице трупа, сквозь рвущуюся кожу которого проглядывали белесые кости черепа, уже не было, но Сергею на мгновение почудился ужас в его вылезающих из орбит глазах…
Тело, деформирующееся, будто сжимаемое стотонным грузом, скользило по дуге вокруг установки, все убыстряя ход, пока не скрылось за ее краем. Обратно, с другой стороны, оно появилось гораздо быстрее, чем предполагалось…
Отступив назад, туда, где не ощущался гравитационный пресс, Сергей с удовлетворением следил за тем, как вокруг машины образовалось мерцающее кольцо, неуклонно сжимающееся с каждым витком безостановочно мелькающего темного сгустка, бывшего ранее вместилищем коварного Зурха…
— Туда тебе и дорога… За Йоду!
На очередном витке темное ядро коснулось машины, словно гигантским резцом содрав часть сверкающей поверхности…
«Пора сматываться отсюда! — спохватился Сергей, инстинктивно загораживаясь рукавом. — Сейчас как…»
В это мгновение, оборвав на полуслове мысль, на него рухнула темнота…
Глава 30
«Вот и дожили… — Уильям Боркин, уже два месяца как призванный в ряды Национальной гвардии, дежурил на своей вышке, возвышающейся над стальной паутиной проволочных заграждений, протянутых почти вплотную к Стене. — Караулим свою же территорию от каких-то мексиканцев, о которых тут раньше и слыхом не слыхивали…»