Нужно еще учитывать, что новости здесь распространяются быстро, и потому, наверняка в Форт-Блиссе уже прослышали о визите важного военного, направленного Белым домом в Уайт Сэндз с секретной миссией.

Короче, Форт-Блисс для Болана и его товарища должен был оказаться крепким орешком.

— Я не могу наладить радиосвязь, — пожаловался Гримальди, когда они приближались к лагерю. — Кажется, они хотят заманить нас поближе.

А это практически исключало внезапность нападения.

— Тем хуже для них, — заявил Болан. — Спускайся ниже и оставайся на малой высоте.

— Но нас подстрелят, как уток, — возразил Гримальди, снижая вертолет и зависая в трехсот метрах над лагерем.

— Главное, Джек, держи ухо востро, — посоветовал Болан.

Настроившись на диапазон коротких волн, он связался с землей:

— Укрепленный лагерь, укрепленный лагерь, я — Летучее Сердце. Мирная миссия. Подтвердите прием.

Болан обернулся к Гримальди.

— Надеюсь, ты правильно расшифровал их код?

— Не самый подходящий момент для сомнений, — нервно отреагировал пилот.

Впрочем, очень скоро лагерь ответил им двумя короткими автоматическими очередями.

— Кажется, это то, что нужно, — облегченно вздохнул Гримальди. — В списке кодов есть знак из двух маленьких кружков. Он обозначает: «согласен». Вероятно, два кружка обозначают выстрелы.

— Ладно, — ответил Болан, — приземляемся. Ты видел артиллерию?

— Еще бы!

Артиллерией Мак называл стрелков, размещенных по периметру лагеря. Они особенно не суетились, однако каждый держал в руках автомат «стоу-нер-6ЗА», и судя по всему, они держали «Кобру» под перекрестным прицелом.

Вертолет мягко приземлился, и Гримальди заглушил двигатель. Затем, расстегнув ремни безопасности, он заявил Болану:

— На этот раз туда пойду я. Думаю, моя физиономия придется им по вкусу больше, чем твоя. Не люблю такие автоматы.

Болан согласно кивнул:

— Будь осторожен, Джек.

— Постараюсь, спасибо.

Из гнезда возле выходной дверцы Гримальди вынул автомат «стоунер» — оружие, аналогичное тому, что сжимали в руках встречавшие их на земле стрелки, — сунул за пояс несколько запасных магазинов к нему. После чего забросил автомат за спину и спрыгнул на землю, намереваясь начать переговоры.

Место явно было неспокойным. Тем более возникала необходимость приземлиться здесь, чтобы убедиться в этом. Если бы эти солдаты-марионетки не ответили на позывные, «Кобра» осталась бы в воздухе и уничтожила весь лагерь, благо, ракеты комплекса ПВО были явно не готовы к запуску, да и просто оказались бы неэффективными на столь малом расстоянии, хотя каждая была снабжена радаром, способным захватить цель — самолет или вертолет — после того, как ее данные были бы введены в систему наведения ракет. Короче, лучше всего было бы уничтожить цель с воздуха.

Однако сейчас «Кобра» стояла на земле, а верный друг Болана, удивительный пилот Джек Гримальди один направлялся в логово хищников.

Когда-то Гримальди вот так же дожидался Болана, шедшего навстречу опасности, и так же переживал...

Что ж, перефразируя пословицу, можно сказать: тот, кто ждет, тоже в какой-то степени умирает душой...

Два типа в засаленных робах вразвалку двинулись к Гримальди, едва тот появился из-за фюзеляжа «Кобры». Оба носили сержантские нашивки и, судя по всему, лишь недавно кончили возиться с техникой: у обоих руки были черными от смазки, а робы покрывали грязные жирные пятна. Каждый имел армейский пистолет 45-го калибра, покоящийся в кобуре на поясе, и глядел на незваного гостя настороженно и недружелюбно.

Гримальди подошел к ним, доброжелательно протянув руку, после чего спросил:

— Ну, вы готовы?

Сержанты замерли на месте, и один из них раздраженно прокричал:

— Что значат ваши хреновые сигналы? Один выстрел — это «да», еще один — это «нет», черт вас подери! Что случилось?

Гримальди в свою очередь остановился и бросил украдкой взгляд по сторонам.

Стрелки сближались, уменьшая зону обстрела. Теперь Гримальди находился в самом ее центре, слева от хвоста «Кобры».

— Нам не удалось связаться с вами по радио, — громко произнес он. — Что происходит?

Из построек, держа пистолеты у бедра, показались остальные солдаты. Это была явно команда механиков, а не обученных пехотинцев. Боевое оружие — «стоунеры» — имела лишь команда стрелков. Вся прочая публика, грязная, пропахшая потом, выглядела достаточно жалко и казалась искренне обескураженной этим визитом.

Один из двух сержантов в перемазанных робах все не унимался:

— Сначала вы командуете нам выключить связь, а потом говорите, что не могли с нами связаться. Вы хоть знаете, что делаете, или нет?