Протянув пунктирную линию ко второму кресту, он добавил:

— Они перебазировались туда. И сделали это исключительно быстро.

На лице Болана мелькнула улыбка.

— Скажем так: мы прибавили им немного прыти.

— Мы — это кто конкретно?

— Разве детали так уж важны?

— Естественно. Все же хотелось бы знать, кого я защищаю.

На клочке бумаги Болан быстро написал имя Гримальди и протянул листок Броньоле.

— Добавь этого человека в свой список. Мы работаем вместе после Глас Бэя. Разумеется, эпизодически.

Броньола скользнул глазами по бумаге.

— Вот как... — Он откашлялся, скомкал клочок бумаги и, бросив его в пепельницу, поджег. — Нэшвилл?

Болан кивнул.

— И это тоже. И Сиэтл. Ты даже не подозревал, каким он был для меня важным источником информации. Без него я бы сейчас здесь не сидел.

— Где он теперь? — суховато осведомился шеф ФБР.

Болан усмехнулся:

— Охраняет боевой корабль, захваченный у противника.

— О чем ты? — изумленно воскликнул Броньола.

— "Кобра". Железяка, вооруженная до зубов. Самая последняя модель, оборудованная средствами спецсвязи и располагающая огневой мощью, способной стереть с лица земли целый город вроде Аламогордо.

— Дьявол, где же вы ее стащили?

Болан указал пальцем на крест, нарисованный на карте Уайт Сэндз.

— Там были две такие машины плюс еще несколько других вертолетов. Мы одолжили у них одну из «Кобр», а вторую вывели из строя. У меня просто рука не поднялась уничтожить ее. А все другие вертолеты они побросали во время бегства. Советую тебе быстро послать туда кого-нибудь, чтобы позаботиться об увечной машине. Еще там осталась маленькая стрекоза — собственность фирмы проката в Эль Пасо. Джек немного обеспокоен, поскольку нанял ее на свое имя и не знает, покроет ли страховка стоимость причиненных ущербов.

— Хорошо, — кивнул Броньола. — Как ты думаешь, у них еще много машин подобного типа?

— Это ты должен знать лучше меня. Затребуй список техники, посланной сюда по официальным каналам за последние недели. Главным образом — из Форт-Блисса.

— Полагаешь, они снова пытаются обвести Пентагон вокруг пальца?

— Убежден. Гарольд, может быть, я чего-то не понимаю, но «Кобра» — это боевая машина, и на ней стоит номер, который указывает на ее принадлежность вооруженным силам США. Она до отказа забита ультрасовременным оборудованием и огневыми средствами. «Кобра» — не из тех железок, которыми легко обзавестись, даже если ты при больших деньгах.

На несколько минут Броньола покинул комнату, чтобы отдать распоряжения своему персоналу, затем вернулся и с озабоченным видом сел напротив Болана.

— А куда конкретно, в какую схему вписывается этот Джордан?

— Они называют его «архитектором», — начал Болан. — Разумеется, это кличка. Но, думаю, операцию задумал именно он. Он прекрасно знал структуру Министерства национальной обороны, и, само собой, у него остались там связи, то есть он располагал всем необходимым, чтобы провернуть подобный трюк.

— Если я правильно понимаю, — пробормотал Броньола, — мне, пожалуй, придется объявить общую тревогу. Но, черт возьми, меня воротит от...

— Это твои проблемы, Гарольд, — мягко заметил Болан. — И ты лучше, чем я...

— Замолчи! — отрезал Броньола. — Кончай играть роль адвоката дьявола!

Болан слабо улыбнулся:

— Не исключено, какие-то армейские чины обтяпывают там свои делишки. Хотелось бы познакомиться с компьютерными данными о недавних перестановках личного состава в этом секторе.

— Полагаешь, они затеяли большую стирку и везде развесили свое белье?

— Возможно. Меня очень беспокоит Джордан. Согласись, нужно обладать огромной наглостью, чтобы разместить полувоенные формирования на виду у всех, прямо под носом головных армейских центров. Поразмышляй над этим, Гарольд. Работенка не для слабонервных. Достаточно одного промаха, и... военные не такие уж тупицы.

— Что ты предлагаешь?

Болан откинулся на спинку стула и закурил. Роза Эйприл с тревогой посмотрела на него. У Броньолы же был такой вид, словно перед ним сейчас лежала бомба и она должна была вот-вот взорваться.

Болан пожал плечами:

— В наши дни в армии немало недовольных.

— И что с того? — живо отреагировал Броньола.

— Я имею в виду высокопоставленных чиновников, причем не только в армии, но и в высших гражданских сферах.

— Ты говоришь об измене, не так ли?

— Называй это как хочешь. Я говорю о человеческой природе и ее несовершенстве, о людях, становящихся циничными и продажными, когда они видят, как другие безнаказанно злоупотребляют властью, будь это в нашей идиотской стране или где-нибудь еще. Я говорю об организованном заговоре с целью похищения самого современного оружия. И потому никогда в жизни такой тип, как Хэрлсон, с его опытом и компетентностью не высадился бы здесь со всей возможной помпой, лишь бы просто подать в отставку. Он слишком хорошо знает, что шансов у него нет.