Краем глаза я заметила, как Ним улыбнулся и кивнул мне. Бланш изумленно вытаращилась на меня.

— Ты, должно быть, свихнулась, — грубо сказала она. — Брат держит тебя на мушке. Мой возлюбленный супруг — черный король — находится в дальней комнате под охраной трех мужчин. Цель игры — убить короля.

— Не этой Игры, — сказала я и направилась к бару, рядом с которым стоял Соларин. — Вы еще можете выйти из Игры. Вы не знаете позиций, ходов, даже игроков. Вы не единственная, кто внедрил пешку вроде Сола в ваш собственный дом. Не у вас одной есть союзники в России и в Алжире…

Я остановилась на ступеньках, взялась за бутылку с шампанским и улыбнулась Бланш. Ее и без того бледная кожа стала белее снега. Пистолет Ллуэллина был направлен на меня, но я надеялась, что он не нажмет на спусковой крючок, пока не услышит все. Соларин схватил меня под локоть.

— Что ты сказала? — спросила Бланш, кусая губы.

— Когда я позвонила Гарри и сказала ему ехать на Плаза, он был не один. Он был с Мордехаем, Камилем Кадыром и Валери, вашей верной домработницей. Они не поехали вместе с Гарри. Они пробрались сюда через служебный вход. Почему бы вам самой не посмотреть?

И тут гостиная превратилась в сущий ад. Лили уронила Кариоку на пол. Пес ринулся к Ллуэллину, который секунду колебался, не зная, в кого выстрелить первым, — в Нима или собаку. Я перехватила бутылку шампанского поудобнее и метнула ее в голову Ллуэллину. Но тот успел нажать на спусковой крючок, и Ним скорчился от боли. Однако я уже пересекла гостиную, вцепилась Ллуэллину в волосы и навалилась на него всем весом, старясь повалить на пол.

Пока я боролась с ним, краем глаза я видела, как в комнату кубарем ввалился Германолд и Соларин подставил ему подножку. Я вцепилась зубами в плечо Ллуэллина, Кариока проделал то же самое с его ногой. Было слышно, как на полу, в нескольких дюймах от нас, стонет Ним, а Ллуэллин пытается дотянуться до пистолета. Тогда я врезала братцу Бланш коленом в пах и разбила бутылку шампанского ему об голову. Он завопил, и у меня выдалась секундная передышка.

Бланш попыталась улизнуть, но Лили перехватила ее на пути к мраморным ступеням, поймала за жемчужное ожерелье и хорошенько перекрутила его. Бланш принялась царапать когтями шею, пытаясь вырваться, лицо ее быстро наливалось кровью.

Соларин схватил Германолда за ворот рубахи, поставил на ноги и отправил в нокаут таким ударом, какого я вовсе не ожидала от шахматиста. Мельком оценив ситуацию, я кинулась подбирать пистолет, пока Ллуэллин продолжал вертеться на месте, держась за пострадавшую от моей коленки часть тела.

Завладев оружием, я склонилась над Нимом. Соларин уже бежал к нам.

— Я в порядке, — прохрипел Ним.

Его брат склонился над ним, чтобы осмотреть рану на бедре, вокруг которой расплывалось кровавое пятно.

— Ступайте за Гарри! — настаивал Ним.

— Оставайся здесь, — сказал Соларин, стиснув мое плечо. — Я вернусь.

Он бросил на брата мрачный взгляд и ринулся к лестнице.

Германолд валялся плашмя на ступенях, Ллуэллин в нескольких футах от меня визжал и стонал, прикрываясь от Кариоки, который успешно атаковал его лодыжки. Я стояла на коленях рядом с Нимом, зажимая рукой рану на его бедре. Кровь не останавливалась. Лили еще продолжала бороться с Бланш, чье разорванное жемчужное ожерелье рассыпалось по полу.

Из дальней комнаты раздался шум.

— Не смей умирать, — тихонько сказала я Ниму. — После того, через что мне пришлось пройти по твоей милости, я не собираюсь потерять тебя, прежде чем смогу отплатить.

Его рана была небольшой, но глубокой, как будто в верхней части его бедра проделали тоненький туннель.

Ним посмотрел на меня и попытался улыбнуться.

— Ты любишь Сашу? — спросил он.

Я закатила глаза и издала тяжкий вздох.

— Ты поправишься, — сказала я, приподнимая его так, чтобы он мог сидеть, и вручая ему пистолет. — Пойду-ка я лучше удостоверюсь, что он жив-здоров.

Я быстро пересекла комнату и вцепилась в волосы Бланш. Оторвав ее от Лили, я показала ей на пистолет у Нима в руках.

— Он воспользуется им, — объяснила я.

Лили отправилась следом за мной по лестнице в задние комнаты, где звуки борьбы прекратились и наступила подозрительная тишина. Как раз когда мы добрались до кабинета, в его дверях появился Камиль Кадыр. При виде нас он улыбнулся мне одними глазами, шагнул навстречу и взял меня за руку.

— Вы молодцы! — радостно воскликнул он. — Похоже, все белые убраны с доски.

Мы с Лили ворвались в кабинет, а Камиль отправился в гостиную. В кабинете сидел Гарри, держась руками за голову. Рядом с ним стояли Мордехай и Валери. Это она провела Камиля и Мордехая в квартиру через черный ход. Лили бросилась к Гарри и упала в его объятия, плача от радости. Он погладил ее по волосам, а Мордехай подмигнул мне.

Быстро оглядевшись, я увидела, как Соларин завязывает последний узел на веревках, которыми был связан Шариф. Бродский, тип из госбезопасности, которого я видела в шахматном клубе, лежал рядом, уже связанный по рукам и ногам. Соларин засунул в рот Бродскому кляп и, повернувшись ко мне, схватил за плечо.