— Паук и целый народ — и вы сравниваете?

— Наверное, я не совсем прав. Но он мстит-то самому слабому. И потомкам его тоже мстит, а уж они-то были совсем ни при чем.

Он долго молчал, затем поднял на меня глаза. Грустный, спокойный и слегка насмешливый взгляд.

— Наверное, нам бесполезно об этом говорить. Вы не желаете понять.

— Вовсе наоборот. Послушайте, мне кажется, это ВЫ не желаете понять меня! Я искренен с вами, поверьте! Я читал Книгу, выискивая в ней подтверждения вашей истины, оправдывал Мелькора, как мог, — я могу даже понять его, но я не могу понять другого — почему вы встали под его знамена? Почему вы приняли его путь? Кто вас направил? Ибо я не вижу, как, прочитав эту Книгу, можно уверовать!

Внезапно лицо его изменилось. Снова стало холодным и замкнутым, словно он отгородился от меня незримой стеной, не желая пускать меня. Почему? Мне казалось, что он просто… боится. И тщательно скрывает это. Я мог понять его. Он в отчаянном положении, он в тюрьме, он не знает, что с ним будет. Может, он и видит во мне вероятного будущего последователя — иначе чего бы он со мной говорил? Но он не может провести последней проверки, он не уверен, что получится. Может, в другой обстановке он сделал бы это — но не сейчас.

— Видимо, я не способен хоть кого-то в чем-то убедить. Вы правы — я дурной проповедник и не проповедник вообще, — пожал он плечами.

— Может быть. Вы думали, проповедничество — ваше предназначение? Или призвание? Избранность?

— Да нет, скорее долг. Я всегда считал, что нельзя утаивать такое… И вот — я проиграл…

— А вы только на выигрыш ставите?

Он покачал головой.

— Вы недооцениваете и себя, и меня. Я думающий человек. И готов признавать неправоту и ошибки своей веры. Я, скажем, теперь верю в то, что Эллери Ахэ были. Я верю в то, что есть Земля-у-Моря, где люди живут так, как хотел Мелькор, и что они счастливы. Что Мелькор не такой злодей, каким мы с детства привыкли его считать. Но я не верю в жестокость Света. Я не верю в те мысли и побуждения, которые вы приписываете героям былого, врагам Мелькора. Будь мне лет семнадцать, будь я не таким приземленным человеком, будь я недоволен жизнью — я бы поверил. И еще, — я пристально посмотрел ему в глаза, — Борондир, я не верю, что вы просто так взяли и прониклись. Даже несмотря на все то, что вы мне рассказали. Так не бывает. Вы были где-то, вы говорили с кем-то и только после всего этого стали верить именно так, как верите сейчас. Я не стану вас ни о чем спрашивать. Захотите — скажете сами.

По тому, как он напрягся, я понял, что попал в точку. Снова предвкушение открытия, острый запах удачи. Но я не стал выспрашивать его дальше. Пусть думает. Тем более что отворилась дверь, и вошел господин Линхир. Борондир сразу же замкнулся в себе, а я встал. Линхир махнул рукой и сел себе в уголочке. Но, конечно, дальнейший разговор уже не клеился, и вскоре я приказал Борондира увести. Линхир проводил его обманчиво сонным взглядом.

— Когда отпускаешь? — внезапно спросил он меня. Я вздрогнул. Врать ему — бесполезно.

— Еще не решил.

— Значит, уже решил, что этот парень безопасен. Сейчас. И для нас.

Я кивнул.

— Донесения не пиши.

Я понял. Сейчас все так или иначе проходит через канцелярию Советника. Хорошо, что я проводил расследование, по сути, частным образом…

— Осторожнее, — вздохнул Линхир, словно читая мои мысли.

— Никаких бумаг у меня по этому вопросу нет. Следов нету никаких.

— Ну, кое-кто тебе копии делал…

Ах, тот самый мошенник, что на векселях попался! Я попросил его скопировать несколько рукописей на ах'энн — он не просто переписывает, он делает совершенно неотличимую копию, даже почерк… Понять-то он не понял, но все равно мог донести… Знал ведь, что, сколько волка ни корми, он все в лес смотрит…

— Я перехватил донесение, — кротко промолвил Линхир. — Но ты поторопись, мальчик. Пока тебя прикрываю я, но это ненадолго. Я предпочту уйти на покой сам. Ждать королевского указа не стану. Но тебя я предупрежу. Кстати, ты знаешь, что твой человек убит?

— Да.

— Это очень плохо. Очень плохо. — Он встал, заложил руки за спину, стал расхаживать по кабинету. — Похоже, мы столкнулись с опасным противником. — Он не назвал его имени, но я и так понял. — Пока не знаю, кто он и что за ним стоит… а ты ничего не чувствуешь? — Он впился в меня взглядом. Я не отвел глаз.

— Тень, — ответил я. Он молча кивнул. Похоже, он что-то очень хотел мне рассказать, но не решался. Я понимал его.

Есть вещи, о которых рассказывают только тем людям, в которых ты не сомневаешься ни на волосок. Остальным — даже если ты им доверяешь — ты этого не поведаешь, ибо это будет грозить опасностью уже им. А я, похоже, еще не прошел решительной проверки. Но что это будет за проверка? Что вообще творится?

— Я предупрежу тебя, — повторил он. — А уж решать будешь ты.

Я опустил голову. Собрался с духом.

— Господин Линхир, скажите мне, почему вы так поступаете?

Он встал, неторопливо направился к двери. Уже взявшись за кольцо, сказал:

— Честные люди скоро будут очень нужны. Не только Королевству.

Он вышел и неслышно притворил дверь за собой.

Я ночевал в своем кабинете. Торопился дочитать Книгу. Я чувствовал, что спокойное мое время стремительно истекает. А сколько еще нужно сделать… Узнать у Борондира, где же та самая Земля, успеть скрыть его в безопасном месте, а то этот злосчастный проповедник опять попадется, снять где-то копию с Книги, скрыть ее…