Ну, это не важно. Изабель учится готовить для себя и для мальчиков. Если не понравится, Максвелл может готовить себе сам.

Джейк почувствовал себя спокойнее и почти забыл, что оседлан тремя мальчиками и одной темпераментной женщиной. Он ограничил себя двумя порциями виски, но провел послеобеденные часы в салуне, расспрашивая о пути на Запад. Узнал, что трава в этом году вполне хороша. Весенние дожди будут сильными и затяжными. Перегон от верховий Конго до Пекоса не так уж страшен, будь у коров побольше еды.

Сказали так же, что индейцы спокойны. Армия не много делает, но присутствие солдат заставляет их быть осторожнее. Выходя из салуна, Джейк был в мире с собой. Это длилось до тех пор, пока Пит не окликнул его через улицу:

— Фермеры схватили Вилла!

Джейк бегом бросился за Питом, обогнул угол здания и увидел двух фермеров, стоящих рядом с Виллом и Бретом. Они стояли под деревом на берегу реки, текущей по окраине города. Джейк перешел на шаг. Вилл не говорил ни слова, беседу вел Брет.

— Все считают, я странно говорю. Но я вырос в Бостоне. Папа не любил север, поэтому поехал в Джорджию. Это тоже оказалось без пользы. Папа не очень-то любил работать, все равно в каком штате. Рубанул себя по ноге топором. Чертова нога почти совсем сгнила, но папа умер еще до этого.

— Где твоя мама?

— Наверное, болтает с какой-нибудь женщиной. Она сказала, что устала от мальчиков. Сказала, что хочет поговорить с другой женщиной, прежде чем на полгода будет заперта на этом Богом забытом ранчо. Маме не нравится Техас. Она хочет вернуться в Саванну. Я не хочу. Мамины родные говорят, что мы ведем себя, как язычники. Зато дяде Джейку наплевать, как мы себя ведем.

— Конечно, нет, — Джейк надеялся, что голос не выдаст кипящего в нем гнева. — Но вы заходите слишком далеко из соображений собственной безопасности.

Как будто освобожденный из застывшей фотографии, Вилл бросился к Джейку и вцепился в его руку. Джейк ободряюще сжал плечо мальчика.

— Почему вы не сказали, что ищете двух парней? — спросил он фермеров.

Те обменялись неловкими взглядами.

— Другой сбежал довольно давно, — оправдывался Руперт. — Здесь его никто не видел.

— На вашем месте я забыл бы о нем, — усмехнулся Джейк. — Если он пошел в Сан-Антонио, вам его не поймать. Если двинулся на запад или север, то попал к индейцам.

— Я тоже думаю, что он пошел этим путем. Джейк знал — Руперт упрямо держится мысли, что Джейк как-то ответственен за исчезновение Зика, а может быть, и Бака. Но в данном случае, даже он должен признать, что в это трудно поверить.

— Пошли, мальчики. Нужно найти вашу мать. Если я позволю ей остаться здесь дольше, она может вообще отказаться вернуться. Надеюсь, ребята, вы не против, чтобы она нанесла вам визит. Изабель страшно тоскует по обществу.

— У наших женщин нет времени на визиты, — возразил Руперт.

— Изабель — самая работящая женщина, какую вы видели. Она моментально поможет им с работой.

— Наши жены не любят чужих.

— Дайте ей пять минут, и она любому перестанет быть чужой.

Джейк ждал, положив руки на плечи Вилла и Пита. Брет продолжал рассматривать фермеров с откровенным любопытством двенадцатилетнего мальчика, у которого на совести нет никаких постыдных тайн.

— Нам нужно возвращаться домой, — заявил Руперт. — Мы не можем оставить наши поля без присмотра.

— На вашем месте я перестал бы думать о том, что потерял этих парней. — сказал Джейк. — А просто заказал бы себе еще парочку.

Одарив Джейка особенно враждебным взглядом, Руперт повернулся и пошел прочь. Его приятель последовал за ним.

— Я его ненавижу, — шепнул Вилл.

— Мне он тоже не слишком нравится, — ответил Джейк. — О чем он тебя спрашивал?

— Об отце.

— Что ты ему сказал?

— Сказал, что мало что помню, и это правда.

— Он спрашивал еще о чем-нибудь?

— Да, но Брет не дал мне ответить. Вмешательством Брета был недоволен Вилл, но не Джейк. Вилл был слишком мал и невинен, чтобы понять, что происходит. Брет понимал очень хорошо. Джейк улыбнулся мальчику.

— Ты прямо как Изабель, наговорил сорок коробов и ничего не сказал.

Пожав плечами, Брет отклонил комплимент.

— Я думал о том, что бы они сделали со мной, не найди мы Бака.

— Но я не хочу в ванну, — возражал Вилл. — Я уже мылся в Остине.

— Это было три недели назад.