Это получилось оттого, что дорога через Кретьенель проходила вблизи того места, где Тибо впервые увидел Аньелетту; пока расчет вел его к койольской мельнице, сердце тянуло в сторону Пресьямона.

В самом деле, почти сразу за Ферте-Милоном он увидел на обочине прелестную Аньелетту, которая рвала траву для своих коз.

Он мог пройти мимо так, чтобы она его не заметила, это было совсем легко: девушка стояла к нему спиной.

Но бес толкал его прямо к ней.

Аньелетта, склонившаяся с серпом в руках, услышала шаги и подняла голову; узнав Тибо, она покраснела.

Но, залившись краской, она радостно улыбнулась и вся просияла; ее румянец был вызван не враждебными чувствами к башмачнику.

— Ах, — сказала она, — вот и вы. Я всю ночь думала о вас и молилась за вас.

И Тибо вспомнил, что в его собственных снах Аньелетта пролетала по небу, сложив руки для молитвы, в ангельском одеянии и с ангельскими крыльями.

— А по какому случаю вы обо мне думали и за меня молились, прелестное дитя? — развязно, как сделал бы какой-нибудь молодой дворянин из свиты принца, спросил Тибо.

Аньелетта посмотрела на него своими большими глазами цвета неба.

— Я думала о вас, потому что люблю вас, Тибо; я за вас молилась, потому что видела, как с сеньором Жаном и его доезжачим случилось несчастье и у вас из-за этого были неприятности… Ах, если бы я слушалась только своего сердца, я сразу же поспешила бы к вам на помощь.

— Надо было так и сделать, Аньелетта, вы нашли бы веселую компанию, уверяю вас!

— Но я совсем не этого хотела, господин Тибо; я помогла бы вам принять их. О, что за чудесное кольцо у вас на пальце, господин Тибо!

И девушка показала на кольцо, полученное им от волка.

У Тибо кровь застыла в жилах.

— Это кольцо? — переспросил он.

— Да, вот это.

Видя, что Тибо медлит с ответом, Аньелетта отвернулась и вздохнула.

— Конечно, это подарок какой-нибудь знатной дамы, — прошептала она.

— Да нет, — с уверенностью законченного лжеца возразил Тибо, — вы ошибаетесь, Аньелетта, это обручальное кольцо: я купил его, чтобы надеть вам на палец в день нашей свадьбы.

Аньелетта грустно покачала головой.

— Почему вы не хотите сказать мне правду, господин Тибо?

— Я вам ее сказал, Аньелетта.

— Нет.

И она покачала головой еще печальнее.

— А почему вы думаете, что я обманываю вас?

— Потому что в это кольцо я могу всунуть два своих пальца.

В самом деле, у Тибо каждый палец был толщиной с два пальчика девушки.

— Если оно слишком большое, Аньелетта, мы отдадим его уменьшить.

— Прощайте, господин Тибо.

— Как прощайте?

— Да.

— Вы уходите?

— Ухожу.

— Почему, Аньелетта?

— Я не люблю лжецов.

Тибо искал, чем поклясться, чтобы успокоить Аньелетту, но ничего не смог найти.

— Послушайте, — вновь заговорила Аньелетта и слезы выступили на ее глазах, ведь ей приходилось делать над собой большое усилие, чтобы уйти от Тибо, — если это кольцо действительно предназначено для меня…

— Клянусь вам, Аньелетта.

— Хорошо, дайте мне кольцо на сохранение до дня нашей свадьбы, а тогда я отдам вам его, чтобы его освятили.

— Я только этого и хочу, Аньелетта: я мечтаю увидеть кольцо на вашей хорошенькой ручке. Вы очень верно заметили, что оно велико вам. Я сегодня иду в Виллер-Котре; мы снимем мерку с вашего пальчика, и я отдам кольцо господину Дюге, ювелиру, чтобы он его уменьшил.

Улыбка снова появилась на губах Аньелетты, а слезы на ее глазах мгновенно высохли.

Она протянула Тибо свою маленькую ручку.

Тибо с минуту подержал ее в своих, поворачивая то вверх то вниз ладонью, потом поцеловал.

— Ой, — сказала Аньелетта, — не надо целовать мою руку, господин Тибо, она недостаточно красива для этого.

— Тогда дайте мне что-нибудь взамен.

Аньелетта подставила ему лоб.

Потом с детской радостью попросила:

— Давайте примерим кольцо!

Тибо стащил кольцо с пальца и, смеясь, хотел надеть его на большой палец Аньелетты.

Но, к крайнему его удивлению, кольцо оказалось слишком тесным и не прошло через сгиб.

— Смотри-ка! — изумился Тибо. — Кто бы мог подумать!