– Это их ты предлагал съесть? – спросил я у карлика. – Судя по их виду, они, кажется, твои родственники? Ну очень на тебя похожи.

– Ой, – охнул Куксоил, прячась за мою спину, – я эта… это неправда… я не троглодит… моя мамка была троглодитом, а папа у меня – огненный жуй!

– Жуй?! – переспросил я. – В смысле ешь?

– В смысле… огненный… – пискнул карлик.

– Эй, вы! – гаркнул один из троглодитов. – Вы кто такие?

– Ты что, не слышал? – спросил я. – Он – наполовину троглодит, наполовину огненный жуй, а я великий король Стерпора Дарт Вейньет. Не могу сказать, чтобы был очень рад нашему знакомству, и тем не менее здравствуйте, уроды…

– Это чтой-то? – спросил один из троглодитов у другого.

Я понял, что интеллектом Куксоил пошел в маму, впрочем, возможно, огненные жуй тоже были непроходимо тупы – лично я с жуями никогда не встречался и, честно говоря, не питал особенного желания когда-нибудь повидаться.

– Это ничегой-то, – сказал я, – глаза разуй, вонючка, вас удостоил визитом потомственный принц дома Вейньет, а вы застыли, как тучные свиноги под дождем.

– Ах-ха-ха, – вдруг сказал один из троглодитов, разбросал длинные волосатые руки и распахнул пасть, полную гнилых зубов, – ваша смерть идет, лопатой машет!

– Лопатой? – удивился я. – А почему лопатой?

– Ну, не лопатой, – сконфузился он, – я хотел сказать – косой. Ну да, конечно, косой. Ваша смерть идет, косой машет. Поняли, что ли?!

– Поняли, – ответил я и изо всех сил ударил его между ног.

Троглодит охнул и, схватившись за причинное место, медленно осел на песок. Второй сделал шаг назад и опять спросил:

– Это чтой-то?..

На сей раз голос его звучал не угрожающе, а скорее взволнованно, что меня вполне устраивало.

– Это потомственный принц дома Вейньет, – прохрипел другой у его ног.

– … И наполовину троглодит по имени Куксоил, – добавил я, ухватил карлика за ворот и вытащил вперед, – прошу любить и жаловать, он хотел бы засвидетельствовать вам свое почтение и очень надеется на вашу любовь и понимание. Между прочим, Куксоил – страшный колдун, – добавил я, – ему требуется ваши поддержка в борьбе с угнетателями великого народа, поэтому он и пришел к вам. Правда, Куксоил?

Для пущего понимания я немного встряхнул карлика, и он поспешно закивал.

– Обойдемся без церемоний, – сказал я, – тащите сюда еду, питье, и великий, ужасный Куксоил вас не покарает… Правда?..

На этот раз я даже договорить не успел – карлик уже энергично тыкался в грудь длинным носом, выражая согласие.

– Ла…ладно, – заикаясь, пробормотал один из троглодитов, – мы сейчас.

Когда они убежали, я всерьез призадумался, а не убежать ли нам отсюда – вдруг троглодиты вернутся с подкреплением и захотят проверить на вкус короля Стерпора и маленького горбатого колдуна. Судя по их лицам и уровню культуры и развития, они поедали друг дружку без зазрения совести, а я, наверное, и вовсе представлялся им лакомым кусочком.

Но, к моему удивлению, троглодиты вернулись без агрессивных намерений. Они принесли с собой большое количество однообразной «пищи». Судя по всему, эти странные существа считали, что подобную гадость можно переварить. Из склизкой похлебки, сваренной, казалось, в основном из беспозвоночных, торчали обломки крысиных костей, и что-то явственно шевелилось. Может быть, живые черви…

– Что это?! – спросил я, ощутив, как содрогнулся мой желудок, когда мозг послал ему известие, что все это, возможно, придется съесть.

Я действительно намеревался отобедать этой пищей, потому что мне необходимо было поддерживать в себе силы до тех пор, пока я не выберусь на поверхность.

– Это… еда, – ответил троглодит и сделал приглашающий жест, – ну, вы это… ешьте, что ли, да?

– Ну, – внезапно решился я, – приступим к трапезе…

Пока мы с Куксоилом пожирали омерзительную «пищу», вокруг потихоньку собирались троглодиты. Впрочем, они тоже были настроены к нам без всякой враждебности. Смотрели, как мы едим, с искренним любопытством. Должно быть, прежде им никогда не приходилось видеть кого-нибудь вроде меня, да и пережевывали слизняков мы очень уж жадно. Беготня со скелетами пробудила во мне зверский аппетит. Что касается карлика, то, поглядев, как он уписывает чудовищное угощение за обе щеки, я сделал вывод, что бедняга не ел ничего несколько дней. Троглодитов можно было понять: одно то, как Куксоил глотал целиком плохо проваренных мокриц, было зрелищем увлекательным и душераздирающим. У меня промелькнула мысль, что, возможно, над нами жестоко подшутили и мы сейчас разыгрываем перед троглодитами забавное представление, но, бросив всего один взгляд на их бесконечно тупые, вытянутые лица, я понял, что на такое изощренное коварство они попросту не способны.

Вскоре наступило насыщение. Приложив ладошку ко рту – странная пища так и просилась обратно (мне даже показалось, что она попискивает, перемещаясь по пищеводу), – я поднялся на ноги и смерил толпу суровым взглядом. Даю вам честное слово: многие здоровяки, каждый из которых был шире меня по крайней мере вдвое, подались назад. Я и у подземных жителей вызывал уважение и трепет. Куксоил крякнул и встал рядом со мной. Карлик подбоченился, его глаз (второй я не видел – он скрывался за кривым силуэтом громадного носа) прямо-таки метал молнии.