— Мне нравится эта песня. Пожалуй, это лучшее, что ты написала за последнее время, — проговорил Дэвид, входя в комнату.

Она дотянулась до магнитофона и выключила его.

— Спасибо, — сказала Билли, улыбаясь Дэвиду. — Но это не моя песня. Мне захотелось исполнить одну из песен Карли Симоне.

— Да ну! — Глаза Дэвида весело щурились. — Тогда следующая песня у тебя получится на следующей неделе. Ты сочиняешь все лучше и лучше. Ясмин отложила щетку и встала за спиной Билли.

— Ты разве не заметил, как замечательно выглядит Билли, как женственно и романтично.

— Ясмин ненавидит мои джинсы, — заметила Билли. — Она считает, что женщине неприлично ходить в брюках.

— Я уверен в обратном, — пробормотал Дэвид, — все, что ты делаешь, так естественно и прекрасно, любовь моя.

— Лизан, — строго напомнила Ясмин.

— Да-да, Ясмин, я как раз собирался сказать Билли, что она сегодня особенно женственно и очаровательно выглядит. — Дэвид вопросительно поднял брови, обращаясь к Ясмин: — Ну как, Ясмин, ты довольна?

— Честно говоря, не очень, — строго сказала Ясмин. — В следующий раз найди слова поубедительнее, иначе она больше никогда не наденет платье.

Едва Ясмин вышла, Дэвид прошептал:

— Ты для меня в любой одежде хороша и желанна. Особенно если мы с тобой…

— Замолчи, — сказала Билли и счастливо засмеялась. — Ясмин все равно никогда не согласится, что в джинсах можно выглядеть женственно. — Она замолчала. — Пойдем, а то мы опоздаем к обеду. Не так уж часто мы обедаем с Каримом и не должны быть невежливыми.

— Не должны? — переспросил Дэвид. — Твое отношение к Кариму заметно улучшилось. Значит ли это, что твое мнение о нем переменилось? Ну-ка вспомним, как ты его называла. Ах да, «высокомерный старый диктатор», не так ли?

— Да, и так тоже называла, — ответила Билли, выходя из комнаты. И, обернувшись в дверях, добавила: — Еще я убедилась, что он порядочный человек, с чувством юмора и гораздо более ранимый, чем я предполагала. Нельзя плохо относиться к такому человеку. — Она остановилась, чтобы взять свою сумочку, и внезапно вскрикнула:

— Моя гитара?!

Билли только сейчас поняла, что ни на минуту не забывала о своей любимой, но, как ей казалось, безвозвратно утерянной вещи. Не сдержав крик радости, она бросилась к кровати, с волнением взяла ее в руки. Первое, что ей бросилось в глаза, это то, что разбитые части собраны с таким мастерством, что невозможно определить с первого взгляда следы трещин, а вся поверхность была до блеска отполирована.

— Ее доставили на вертолете сегодня днем, и я надеялся, что ты зайдешь ко мне, когда закончишь свои эксперименты с Юзефом.

— Не хотела тебя отвлекать от работы, — ответила она, прижимая к себе гитару и любовно поглаживая ее. — А еще мне хотелось пойти с Юзефом, чтобы посмотреть, какое впечатление произведет его прическа на Дайну.

— Она была потрясена?

Билли кивнула.

— Она наконец-то сказала ему несколько слов. Во всяком случае, Юзеф был счастлив. — Она провела пальцем по еле заметным трещинам. — Посмотрим, как она будет звучать теперь.

Стоя у нее за спиной, Дэвид сказал:

— Все-таки она нравится тебе больше, да? А я надеялся, что ты уже успела полюбить новую.

Билли подняла голову, чтобы посмотреть ему в глаза:

— Но ведь мы всегда радуемся старым друзьям после разлуки. Я полюблю новую так же, дай мне только время. — Положив гитару на кровать, она продолжала: — Я должна найти для нее какое-нибудь специальное место.

Он протянул руку и положил ей на грудь, там, где сердце.

— Ты уже сделала это, любовь моя.

— Я согласна с тобой, — ответила Билли, накрыв своей рукой его руку и сжав ее. — А теперь нам лучше поторопиться.

— Одну минуту, — проговорил Дэвид, притягивая Билли к себе. — Дай мне обнять тебя, я не делал этого так давно, что успел забыть, какой ты становишься близкой и родной, когда я держу тебя в объятиях.

Она прижалась к нему, наслаждаясь теплом и запахом его тела.

— Совсем недавно ты обнимал меня — всего несколько часов назад. Но мне они показались вечностью, я неуютно себя чувствую, когда тебя нет рядом со мной.

— Невероятно долго, — прошептал он и поцеловал ее так любовно и нежно, что она затрепетала. Его руки ласкали ее грудь сквозь тонкую материю платья. — Ты мне больше нравишься в джинсах и рубашке, мне легче добраться до тебя. Боюсь, что этот вечер покажется тебе скучным.

— Я недостаточно соблазнительна? — огорченно спросила Билли.

— Это не совсем так, — ответил Дэвид. — Ты всегда желанна. Мне иногда хочется, чтобы ты была более откровенна в своих чувствах.

— Иногда? — повторила Билли.