— Если бы это тебя касалось и если бы ты могла понять, я бы объяснила. — Джиллиан на миг замолчала и холодно закончила: — Но это не твое дело, и понять ты не способна!

Глаза шлюхи загорелись животной злобой. Она набычилась и неожиданно бросилась на Джиллиан. Сбив девушку с ног, она вцепилась ей в волосы и принялась рвать их, визгливо выкрикивая омерзительные ругательства. Потасовку остановил громкий злобный окрик:

— Разнимите же девок, черт подери! Я не собираюсь нести убытки еще до отплытия!

Взбешенная шлюха яростно обернулась на голос и буквально окаменела. Ненависть, горевшая в ее глазах, внезапно сменилась животным страхом, и она боязливо шагнула назад. Женщина вся съежилась, ее только что бурно вздымавшиеся груди жалко обвисли, и она жалобно запричитала:

— А я что… я ничего и не сделала, мистер! Это все она… она! Начала выпендриваться, корчить из себя благородную… ишь, королева выискалась!

— Уберите эту подстилку с моих глаз!

Тяжелая рука буквально отмела женщину в сторону. Джиллиан, бросив взгляд на мужчину, так перепугавшего взбешенную панельную девку, тоже замерла от ужаса. На нее надвигался коротышка с неимоверно широкими и мощными плечами, квадратным туловищем, темным и грубым лицом и тяжелым взглядом. Одет он был по самой последней моде. Одежда была идеально отутюжена, но невозможно было отделаться от ощущения какой-то нечистоплотности всего его облика. Впечатление еще больше усиливалось струйками пота, которые, несмотря на пробирающий до костей ледяной ветер, стекали по его толстым, в красных прожилках щекам.

Мужчина неторопливо и оценивающе ощупал взглядом

Джиллиан с ног до головы. Губы его раздвинулись в такой сальной ухмылке, что девушку передернуло.

— Глазам своим не верю… розовый бутон средь терний… Откуда ты, цветок прелестный? — вкрадчиво проговорил он и вдруг быстрым движением цепко схватил Джиллиан за волосы. Она, было, отпрянула, но мужчина с усмешкой притянул ее к себе, откровенно наслаждаясь своей властью.

— Джиллиан… с тобой ничего не случилось? — неуверенно проговорил у нее из-за спины нежный голосок, и Одри встала рядом с сестрой. Мужчина громко присвистнул и выпучил глаза в притворном изумлении.

— Мне снится сон! Две розы равной красоты! — Он грубо захохотал, и его лицо побагровело. — Теперь я знаю, где буду коротать долгие дни плавания, — в роскошном цветнике!

Отвратительный тип выпустил волосы Джиллиан и, обернувшись к охраннику, властно распорядился:

— Собери-ка их всех вместе! Всех до единого! Пусть стоят и ждут! Если кто удерет, шкуру спущу!

— Слушаюсь, мистер Барретт!

Барретт размашисто зашагал к кораблю. Джиллиан повернулась к Одри и увидела, что в глазах сестры снова блестят слезы. Отчаянно борясь с беспросветным ужасом, волной захлестнувшим ее душу, Джиллиан взяла сестру за руку и ободряюще пожала.

Люди зашевелились и медленно двинулись к кораблю. Джиллиан, шагая вместе со всеми, из последних сил старалась держать себя в руках. Вдруг что-то так больно ударило ее в спину, что у нее перехватило дыхание. Девушка сбилась с шага и полетела лицом вниз прямо на доски пристани. В самый последний момент чья-то могучая рука грубым рывком поставила ее на ноги.

Джиллиан в изнеможении припала к крепкой груди бородатого, с черными вьющимися волосами мужчины, который спас ее от неминуемого увечья. Она подняла глаза, и робкие слова благодарности замерли у нее на губах, когда она натолкнулась на яростный взгляд.

— Даже дураку известно, что иногда следует поглядывать себе за спину! — резко бросил он.

— Поглядывать за спину?.. — непонимающе переспросила Джиллиан и невольно обернулась. Гулящая девка, что стояла позади, уперла руки в бока и вызывающе расхохоталась. Девушке все стало ясно, и она рванулась к обидчице.

Бородач играючи удержал ее и буквально отхлестал резкими словами:

— Вот этого я бы на твоем месте не делал. Ты уже умудрилась заинтересовать Джона Барретта и скоро горько пожалеешь об этом. А что до Мэгги, то не тебе с ней тягаться. Ей по горлу тебя полоснуть, что чихнуть. И поверь, кошмары ее после этого мучить не будут. Так что помалкивай и держись от нее подальше.

— Я что-то не припомню, что просила вашего совета! — вспылила Джиллиан. — Я понятия не имею, кто такой Джон Барретт и какое отношение ко всему этому имеете вы! И меня это совершенно не волнует! А что касается той женщины… пусть сама держится подальше от меня, понятно?

Взгляд молодого человека стал холоден. Он отпустил ее и молча шагнул обратно на свое место. И тут до Джиллиан дошло, что сильные руки, спасшие ее, закованы в кандалы. А на ногах мужчины гремят цепи!

По спине Джиллиан пробежал холодок. Ее неожиданный спаситель был каторжником!

В ее ладонь робко скользнула дрожащая рука Одри. Джиллиан со всей решительностью отогнала от себя нарастающий страх, крепко взяла сестру за руку и шагнула вперед.

— Мистер Барретт, капитан на этом корабле — я! И советую не забывать об этом!

Угроза надвигающегося шторма, уже вовсю свистевшего в шканцах, бледнела в сравнении с перекошенным от ярости лицом Джона Барретта, стоявшего перед Дереком Эндрюсом. Неприязнь капитана к низкорослому неприятному типу быстро перерастала в откровенное презрение. Обстоятельства могли заставить его участвовать в предстоящей перевозке ссыльных, но были не в состоянии заставить получать от этого удовольствие. Он слишком хорошо знал обо всех надувательствах и уловках, столь распространенных в делах подобного рода. Известно ему было и о похищениях взрослых и детей, которые существенно пополняли списки несчастных. Участие в этом деле отнюдь не радовало Дерека Эндрюса. Он дал себе слово разрешить этим людям ступить на борт только после того, как лично убедится, что все они осуждены справедливо и по закону.