— Ты права, — сразу же признал Уэлдон. — Согласен с тобой. Тогда, может быть, сама и начнешь, Франческа? Расскажи свою историю без прикрас, я не буду тебя перебивать. Но если уличу тебя во лжи, ты узнаешь, что такое подлинное несчастье, потому что жизнь в тюрьме — не сахар!

— Напрасные надежды! — хладнокровно возразила она. — Вам никогда не удастся посадить меня в тюрьму.

— Ты умная девушка, всегда найдешь способ выйти на свободу? Так?

— Моя жизнь всегда в моих руках!

И хотя Франческа говорила спокойно, он понял, что она так и думает. Это внушило ему некий трепет и уважение к его пленнице. Он даже ей слегка поклонился:

— Франческа, я восхищаюсь тобой. Продолжай!

— Я уже сказала, что давно интересуюсь этим домом. Причина заключается в том, что нам нужно место, где можно было бы держать груз, переправленный через границу. Здесь в старых погребах можно было бы хранить товары, и их никогда бы не нашли! Пара охранников присматривала бы за ними. А затем мы могли бы постепенно вывозить их отсюда и сбывать торговым точкам. Кроме того, здесь можно было бы устроить перевалочный пункт для товаров, отправляемых в Мексику.

— Что ж, замысел четкий и вполне осуществимый, — заметил Уэлдон.

— В доме никто не живет, кроме этой девушки. Я ломала голову над тем, как бы и ее выжить отсюда…

— И тогда тебя осенила смелая мысль — постепенно отравить ее, так?

Вздрогнув, она внезапно рассмеялась. И смех ее прозвучал музыкой под деревьями.

— В ваших глазах я олицетворение зла?

Он был несколько ошарашен ее спокойствием. Франческа полностью овладела собой.

— Продолжай, — сухо велел Уэлдон.

— Я не хотела причинять ей вреда. Сначала навела справки, нельзя ли купить это место. Но эта девица просто дурочка! Этот дом, видите ли, пробуждает в ней сентиментальные чувства, потому она не желает его продавать.

— Бедняжка!

— Я действительно хотела честной игры, Лью.

— Ты знаешь, как меня зовут?

— Да. Я знаю про вас все.

Она объявила об этом мимоходом, словно этот факт сам по себе не имел никакого значения, и вернулась к рассказу:

— А поскольку получить этот дом честным способом оказалось невозможно, я решила, что напугаю ее и она сама уедет. Призраки, странные видения и тому подобное…

— Ага!

— Словом, я послала сюда мальчиков, чтобы они слонялись по дому, изображали из себя призраков, издавали странные звуки.

— Да-а, — иронически протянул парень, — нелегко одолеть тяжелобольную девушку! Давай дальше!

— Но их обоих засекли! Дио мио! Дио мио! Что за идиоты!

— Ты итальянка? — поинтересовался он.

— Когда они оба провалились, — продолжала Франческа Лагарди, оставив его вопрос без ответа, — я подумала, что должна сама приложить к этому руку. Существует много способов изменить свою внешность…

— Ты собиралась показаться ей?

— Таков был план. Но, поднявшись на холм, я услышала чьи-то шаги и скрылась в кустах. Это был какой-то мужчина, который вскочил на лошадь и ускакал. Когда он исчез из виду, я направилась к дому, но не сделала и десяти шагов, как вы меня схватили…

— Это все правда?

— Правда.

— И в каком же обличье ты собиралась предстать?

— В кармане моего жакета лежит маленькая металлическая коробочка.

Уэлдон нашел коробочку и открыл ее. Его ослепил холодный блеск фосфора. Его снова начал одолевать гнев.

— Используя это средство, ты бы убила ее. Что дальше?

— Это все.

— И как ты собиралась проникнуть к ней?

— Только не через ваши зарешеченные окна!

— Знаешь о них?

— Конечно. Я планировала, пока вы сидите в библиотеке, открыть дверь в вашу комнату, прокрасться в комнату девушки и проскользнуть туда. Потом…

— Когда она закричит?

— В библиотеке ее криков никто не услышит.

— И ты просто выскользнула бы из дома?

— Во всяком случае, попыталась бы…

— А как бы ты открыла дверь в мою комнату?

— У меня есть ключ.

— Где?

— В том же кармане.

Он нашел ключ и направил на него свет фонаря. Внимательный осмотр убедил, что этот ключ абсолютно идентичен тому, который был у него.

Уэлдон решил, что история Франчески похожа на правду.

— Кого же ты нанимала, чтобы шпионить за нами и узнавать обо всем?

— Никаких шпионов и не было.

— Осторожнее, Франческа!

— Я и так осторожна. И говорю правду. Ваша негритянка не может удержаться от болтовни. Когда она ездит на рынок, то выбалтывает все, что происходит в этом доме.