— Смотри-ка, какая девочка! — послышался голос второго. — Бьюсь об заклад, мне удастся с нею договориться! — Он схватил Агнессу за руку, но она вырвалась, а Джек, мгновенно повернувшись, прикрыл собой девушку.

— Что вам надо, ребята? — спросил он, с трудом переводя дыхание.

— Чтобы ты не мешал нам познакомиться с этой малышкой! — угрожающе проговорил один из парней.

Агнесса стояла, дрожа от страха. Темнота мешала разглядеть лица преследователей, но девушка заметила их наглые улыбки и вызывающие позы: они были сильны и уверены в себе.

— Оставьте нас в покое! — сказал Джек. — Я охотно побеседую с вами завтра, а сейчас мы спешим!

Он прекрасно понимал бесполезность этих переговоров, но по возможности тянул время, пытаясь сообразить, что предпринять.

— Беги, — шепнул он Агнессе, однако она изо всех сил вцепилась в его руку и ни за что не хотела уходить.

— Нет, приятель, ты нам не нужен! — усмехнулся один, а второй прибавил:

— Но если ты уж так хочешь с нами поговорить, сделаем это сегодня. — И, размахнувшись, ударил Джека.

Агнесса громко вскрикнула. Джек, вырвав руку, бросился вперед, и вмиг три фигуры слились в темный движущийся клубок. Еще мгновение спустя клубок распался: Джек выхватил кинжал раньше своих противников, и, хотя такое оружие имелось и у них, на секунду они отступили. Стрелять Джек бы не стал, на стрельбу могло сбежаться полквартала местных, а его враги предпочли растянуть удовольствие схватки: просто пристрелить чужака было слишком неинтересно.

Глаза Джека внимательно следили за действиями противников. Он резким выпадом предупредил удар — нападавший с криком повалился на землю, — но тут же почувствовал боль справа успели ранить с другой стороны. Опыт подобных сражений у него был, но тут силы оказались неравными, тем более что ему сильно мешало волнение за судьбу Агнессы.

Противники Джека про Агнессу уже забыли. Не в обычае женщин было ввязываться в бой мужчин, женщина только наблюдала за схваткой, а после в виде добычи доставалась победителю.

Сначала девушка хотела бежать за подмогой, но потом передумала: улицы эти не были ей знакомы, а люди не внушали доверия. Фонарей здесь не было, и она слышала лишь сдавленные крики дерущихся, а увидеть и понять ничего не могла: все опять смешалось в большой темный клубок.

Ею овладел непередаваемо сильный страх, сравнимый разве что со страхом смерти, — страх за любимого человека.

Агнесса подскочила ближе, задыхаясь от волнения, мучимая желанием хоть что-нибудь сделать: нападавшие сцепились с Джеком на земле: один был ранен, но другой полон сил и злобы, вдвоем они старались прижать Джека так, чтобы он не мог двигаться. Это им почти удалось: клинок скользнул по его ребрам, и, хотя такое ранение не могло считаться серьезным, каждое движение причиняло резкую боль. Но Агнесса в гневе и страхе, очень плохо соображая, что делает, с рыданиями набросилась на того, кто тянулся ножом к горлу ее возлюбленного, вцепилась ему в волосы, в глаза, и Джек, извернувшись, освободился; оттолкнув девушку, он несколькими ударами лишил противника возможности сопротивляться. Второй предпочел прекратить схватку, и Джек с Агнессой поспешили прочь.

Они наконец выбрались из квартала; Агнесса вновь заплакала, заметив кровь на одежде своего спутника, а он повторял:

— Не плачь, Агнес, не плачь, все обошлось. Ты просто умница, честное слово!

Она еще долго всхлипывала и не могла выговорить ни слова; тело ее сотрясала дрожь. Вот это уже была настоящая жизнь, с настоящей злобой людскою и кровью. Ни с чем подобным Агнесса не соприкасалась еще никогда.

Они остановились в полном бессилии; оба тяжело дышали, оба нуждались в поддержке. Но дом Агнессы так близко, а Джеку еще предстояло добираться до завода.

— Ты ранен? — прошептала девушка.

— Да, зацепили немного. Не волнуйся, заживет. Иди домой, Агнес.

— Зайдем ко мне, Джекки! — позвала она. Он мотнул головой.

— Нет… Пока я доберусь…

Он шагнул в сторону, но девушка ласково удержала его.

— Идем, пожалуйста! Я хоть перевяжу…

Они побрели к дому.

— Но меня может… увидеть кто-нибудь… Твоя Терри…

Агнессе показалось, что в эту минуту он был настроен враждебно даже по отношению к ней, но он бы сказал, что это усталость: сил не осталось уже ни на что.

— Мы пройдем незаметно. Я знаю, как это сделать. Вошли в заднюю калитку; Агнесса, усмирив собак, скользнула в парадное и минуты через три отперла изнутри боковой вход. Они поднялись по темной лестнице в комнату девушки; для верности Агнесса закрыла дверь на ключ.

— Садись, — пригласила она.

Джек присел в кресло, отдышался, привалившись к спинке, и, пока Агнесса искала материал для перерязки, затуманенным взглядом окинул ее жилье.

Ковры, зеркало, темная резная мебель… Он никогда не бывал в такой обстановке; зная о том, кто его избранница, он все же не представлял себе, где она живет.