— Они не разрешат тебе никаких трюков. Тебя заставят выполнять всю черную и всю тяжелую работу. Например, собирать слоновье дерьмо, а не висеть на слоновьем хоботе, — ответил доктор Дарувалла.

— Мне нужно будет им показать. Но что делают со львами, когда заставляют их встать на такие маленькие стульчики? — спросил Ганеша.

— Ты и будешь смывать мочу львов со стульчиков.

— А что можно делать с тиграми? — спросил нищий калека.

— Тебе придется чистить их клетки и убирать их дерьмо, — не отступал Дарувалла.

— Мне нужно будет показать им. Может быть, стоит что-нибудь сделать с их хвостами? У тигров такие длинные хвосты. — Мальчик тоже не отступал.

Карлик въехал на площадь с круговым движением машин, которую очень не любил доктор. Слишком много водителей отвлекались здесь от движения, глазея на море или на верующих, принимающих грязевые ванны вокруг мавзолея Хаджи Али. Круговое движение начиналось возле Тардео, где бомбой разорвало в клочья отца Фарука. Сейчас в самом центре кругового движения транспорт делал поворот, чтобы объехать сумасшедшего калеку. Безногий мужчина на инвалидной колясочке, отталкиваясь руками от земли, ехал против движения. Доктор проследил за отсутствующим взглядом Ганеши. Черные глаза мальчишки либо не видели сумасшедшего в коляске, либо избегали смотреть на него. Маленький попрошайка, наверное, все еще думал о тиграх.

Доктор Дарувалла не знал конца своего сценария. Ему ясна была лишь общая идея того, что случится с его Пинки и с его Ганешей. Оказавшись в водовороте машин, Фарук обнаружил, что судьбы реального мальчика и девочки вышли из-под его контроля. И это при том, что он чувствовал ответственность за начало их истории, поскольку начал писать сценарий для фильма.

В зеркало заднего вида доктор видел, как желтые, львиные глаза Мадху не отрывались от безногого маньяка. Карлик был вынужден резко затормозить и остановить машину, чтобы избежать наезда на сумасшедшего калеку. На его коляске возле рожка для подачи сигналов был наклеен лозунг: «Тренируй добродетель терпения».

Старый бензовоз буквально завис над калекой, его водитель с негодованием несколько раз нажал на клаксон. На огромном круглом боку бензовоза виднелись крупные буквы цвета горящего пламени: «Лучший выбор в мире — бензин марки „Галер Энджинс“». На бампере бензовоза также оказался лозунг, но прочесть его не удавалось из-за разлитой смолы и прилипших к ней насекомых.

«Храните огнетушитель в бардачке машины», — значилось там.

Доктор Дарувалла знал, что у Вайнода не было огнетушителя. Мало того, что нищий мешал движению транспорта — он начал попрошайничать у водителей остановившихся машин. Неуклюжая инвалидная коляска ударилась в заднюю дверь «Амбассадора». Фа-рук пришел в ярость, когда Ганеша опустил заднее стекло и сумасшедший в коляске сразу же просунул туда руку.

— Ничего не давайте этому идиоту! — заорал доктор. Фарук недооценивал мальчика-калеку. Дарувалла не успел даже заметить его движения. Он только увидел удивление на лице бешеного калеки в инвалидной коляске и то, как быстро отдернул он руку: с ладони, с пальцев и с локтя у него капало птичье дерьмо. Вайнод издал приветственный возглас.

— Попался, дурачок, — сказал Ганеша. Проезжавший мимо грузовик с красками чуть было не раздавил придурка-калеку. Вайнод опять выкрикнул приветствие — на этот раз в адрес водителя грузовика.

«Празднуйте вместе с фирмой „Азиатские краски“».

Когда надпись исчезла с уехавшим грузовиком, движение возобновилось, и первым тронулось такси карлика. Доктор помнил надписи на бампере машины Вайнода.

«Эй, ты, со злобным взглядом!

Чтоб твоя рожа почернела! »

— Я же сказал тебе, Ганеша, чтобы больше не было фокусов с птичьим дерьмом! — стал ругать мальчишку Фарук.

В стекло заднего вида он заметил, что Мадху наблюдает за ним, но когда их глаза встретились, она отвела свой взгляд. В салон через открытое окно врывался горячий и сухой воздух, но удовольствие сидеть в мчавшейся машине было новым как для мальчишки, так и для девочки-проститутки. Впрочем, может быть, для нее уже ничего не являлось новым и неизвестным. Но, если Мадху это и не интересовало, то для нищего их поездка оказалась началом приключения.

— Где находится цирк? Он далеко отсюда? — спросила Ганеша.

Фарук знал, что «Большой Голубой Нил» может находиться в любом месте штата Гуджарат. Меньше всего доктора заботило местонахождение цирка — он хотел знать, будут ли там дети в безопасности.

Впереди машины опять замедлили скорость, и доктор подумал, что это из-за пешеходов, которые делали покупки на находившемся поблизости базарчике, а теперь столпились на проезжей части. В этот момент доктор увидел в канаве труп мужчины, ноги которого лежали на дороге. Машины пошли в один ряд, поскольку водители не хотели переезжать через ноги мертвеца. Толпа росла на глазах, и вскоре здесь возник обычный хаос. На короткое время мертвец пользовался единственной привилегией: никто не переезжал через его тело.

— Цирк далеко отсюда? — еще раз спросил Ганеша.

— Да, далеко, на другом конце света, — машинально ответил Дарувалла.

В эту минуту он хотел, чтобы нищий калека сам оказался на другом конце света. Сверкающие черные глаза мальчишки заметили тело на дороге, но Ганеша быстро отвел взгляд в сторону. Такси карлика проехало в нескольких сантиметрах от мертвеца. Вайнод снова вырвался вперед из потока машин.

— Ты видел это? — спросил доктор Ганешу.

— А что там было?

— Там лежал мертвый мужчина, — сказал Вайнод.