Схаас! Свершилось — с этого мгновения судьба орков пошла по другой колее. Или, как сами они говорили, по новому следу.

Без стука растворилась дверь, и запыхавшийся, посеревший от пыли орк встал на левое колено перед Клахаром. Доклад прозвучал взволнованно, но четко. Клахар нахмурился и отдал новый приказ, насколько могла судить Истер — усилить наблюдение.

— Переведи мне, Клахар, — попросила она.

— Мне казалось, ты неплохо схватываешь наш язык, Ракош.

— Вот и хочу убедиться, что правильно поняла.

— Штурканы придут быстрее, чем я ожидал. Наши разведчики на крайзошах столкнулись с их летунами, был бой в воздухе. Калуны рассмотрели знамена Штурки и Мёрши. А под боком, в шести милях от южного отрога, затаилась еще тысяча противников, их тоже заметили с воздуха… — Клахар досадливо крякнул. — Штурканы удивили меня. Будь я здесь в эти дни, ни один враг не смог бы просочиться к Дому, но я отправился в Привратную долину. Им как-то удалось об этом узнать, и небольшие отряды союзников Штурки стали пробираться к пустому роднику. Теперь они собрались вместе — это тысяча, да на всем скаку приближаются две с половиной тысячи из лагерей Привратной долины, они прибудут к завтрашнему утру. Встретить их в пути не получится, имея врага за спиной. Еще полторы тысячи мёршинов вперемешку со штурканами приближаются с севера, вдоль Змеиного ущелья. По-видимому, они должны преградить дорогу сюда иджунам, нашим союзникам. И наверняка к нам уже движется основное войско из Дома Штурки… Их шаманы восприняли знамения серьезнее, чем я ожидал. Штурканы решили предотвратить неизбежное, объявив войну.

— Твои союзники успеют подойти? — быстро спросила Истер.

— Мы сумеем продержаться, — ответил Клахар. — Но они не пробьются к Дому, столкнувшись с морем врагов на открытом месте. А ты что скажешь, Длинный Лук?

Тот едва не вздрогнул от неожиданности. Ударять лицом в грязь не хотелось, и он сказал:

— Думаю, ты не ошибаешься.

— Но что бы ты посоветовал? — настаивал шаман.

— Не понимаю, что тут сложного, — пожал плечами Длинный Лук. — Пошли отряд, пусть уничтожит тех, кто спрятался в этом руднике.

— Не так все просто. Пустым рудником теперь называют место, где раньше стоял самый большой из штервских городов, они жили под защитой Калу. Однако рудник истощился, штервы переселились, а после них остались огромные катакомбы, где при желании можно спрятать целую армию. Сражаться там сложно, даже если мы победим, обойдясь малыми потерями, это отнимет много времени. Мы все равно не успеем встретить Штурку на подступах к крепости.

— Разве битва на открытой местности будет лучше, чем из-за крепостной стены? — удивилась Истер.

— Нет, однако я бы не отказался потрепать вражескую армию короткими налетами, чтобы сюда пришли уже не все.

— Я думаю, мы с Длинным Луком попробуем разделаться с этим отрядом, — подумав, сказала Истер.

— Это было бы отлично, — кивнул Клахар, точно и ждал подобных слов. — Что вам потребуется?

— Хорошей полутысячи и двух крайзошей будет достаточно.

— Я выделю вам тысячу, по числу врагов…

— Я же сказала: нам и пяти сотен будет довольно. Правда, Длинный Лук?

Самозваный король Вольницы кивнул. Оставалось надеяться: Истер знает, что делает, ему же затея не нравилась.

— Будь по-твоему, — сказал Клахар. — Но знай, хотя в вашем отряде и будут шаманы, не слишком рассчитывай на них. Они отведут подлый удар колдовством, но найти противника в лабиринте катакомб будут бессильны. Шаманы Штурки — мастера прятаться. Когда ты хочешь выступить?

— Немедленно, — ответила Истер.

Замок, доселе казавшийся гостям пустынным, был полон кипучей деятельности. Туда-сюда сновали орки, слышались резкие выкрики команд, беседы, споры. Рыночная площадь очистилась от праздношатающихся и стала плацем, на котором собирали отряд для Истер и Длинного Лука.

Клахар не собирался пускать в дело абы кого, он лично проследил, чтобы в каждой сотне было равное соотношение опытных, матерых бойцов, просто именитых победителей в различных состязаниях и молодняка — пусть набираются опыта. Вместе с тем, чтобы обеспечить слаженность каждой сотни, следовало подобрать лучших старшин. Одновременно Клахар обеспечил выезд тысячи орков к Змеиному ущелью; разбившись на два отряда, они должны были остановить отряд противника, вышедший наперерез против союзных иджунов.

Великий шаман и вождь Калу корил себя за то, что, увлекшись предзнаменованиями, довольно глупо пропустил последние события своего мира. Как он теперь ясно видел, штурканы созвали налгаш раньше него и действовали с заметным опережением. Он не боялся проиграть, но его угнетала вероятность гибели многих орков. Этого он никогда не любил, даже если речь шла о врагах, и старался не допускать всеми силами.

Истер и Длинный Лук ожидали начала похода в своей комнате.

— Я бы поступил иначе, — ворчал вожак Зеленой Вольницы. — Клахар говорил, что у него две с половиной тысячи воинов. Тут бы вывести всех в этот проклятый рудник, прочесать его за полдня и перебить врагов. А еще лучше — на все наплевать, засесть в крепости и ждать, пока подойдет помощь. То-то радости будет штурканам получить удар из ворот, когда они повернутся навстречу иж… диж… жидунам!