Остановив кавалькаду полицейских машин в полутора милях от жилища, шериф приказал полицейским рассредоточиться и взять в кольцо домик и сарай.

Погода стояла холодная, и дымок, шедший из трубы домика, указывал на то, что хозяин на месте.

Пригнувшись, Уайат двигался рядом с Лукасом. Они в несколько прыжков преодолели расстояние до гранитного валуна и, осторожно выглядывая из-за него, осмотрели дом и сарай.

– Метров пятьдесят, – прошептал Лукас.

– Странно, что он не провел отопление, – отозвался шериф.

Лукас кивнул, затем, повернувшись, прошептал Глену, притаившемуся за другим валуном:

– Сможешь незаметно обогнуть сарай и проверить, есть ли у него задняя дверь? И обрати внимание, идет ли к сараю колея от джипа, возможно, от «хаммера». Мы останемся здесь и в случае необходимости прикроем тебя.

Полицейский замялся.

– Тебе обязательно нужен приказ от меня? – недовольно пробурчал шериф. – Давай, действуй.

Рации они выключили, а вот мобильники, к счастью, забыли, поэтому иногда принимали звонки. С полчаса назад с Лукасом связался Бишоп.

– Спасибо за предупреждение. Отнесусь к нему серьезно, – ответил Лукас, не прибавив, правда, что больше его обеспокоил туманный намек шефа на то, что в последние дни за его спиной действовали как минимум два агента прикрытия. Нет, Лукас не возражал против их присутствия, напротив, но он был недоволен тем, что шеф не предупредил его об этом. Ему, как, впрочем, и другим сотрудникам спецподразделения, не нравились таинственность и скрытность, особенно в отношениях между коллегами.

Кроме того, его тревожила мысль о том, что вокруг него происходит нечто значительное, о чем он не имеет представления.

Ему так и не удалось развить в себе обостренное чувство, которое среди них называлось «паучьим», и все потому, что, как говорил Бишоп, он фокусировался не на внешних стимулах, а на своих собственных внутренних ощущениях. Впервые Лукас вдруг всерьез задумался над словами Саманты, убеждавшей его не копаться в себе, а поддаться своим чувствам, потому что только так он сможет наиболее эффективно раскрыть свои способности. Лукас понял, к чему она призывала его, – разрушить внутренний барьер, как бы это ни было больно и трудно.

– Смотри, – выдохнул Уайат.

Из дома вышел мужчина и зашагал к сараю. На полдороге он остановился, потянулся к висевшему у него на поясе кожаному чехольчику и извлек из него зазвеневший мобильный телефон.

– Я никак не могу отделаться от впечатления, что все у нас идет как-то не так, – нахмурившись, прошептал Лукас.

Прижав к глазам бинокль, шериф комментировал увиденное:

– Так… физиономия у него довольная… А сейчас уже нет.

Лукас и без бинокля заметил, как насторожился Эндрю Гилберт. Он медленно обвел взглядом территорию вокруг дома и сарая. Лукас надеялся, что к этому моменту все полицейские успели хорошенько спрятаться.

– Что-то его разволновало, – заключил Лукас.

– Может быть, кто-то?

– Не знаю, возможно.

– Ты говорил, что он действует в одиночку.

Лукас ответил сразу же:

– Я и сейчас в этом уверен. Такой человек никому не доверится.

Тем временем Гилберт, продолжая разговаривать, продолжил путь к сараю. Уже подходя к нему, он убрал телефон в чехол, открыл небольшую дверь и исчез за ней.

Лукас бросил взгляд на часы и торопливо сказал Уайату:

– Сообщи своим ребятам, что через две минуты начинаем захват по утвержденному плану.

Уайат потянул из куртки мобильник.

Появился Глен.

– Задняя дверь в сарае есть. Замаскирована. Соседи ее не видят, – сообщил он Лукасу. – Колеи от джипа не заметил, видел только следы коров и овец, идут от соседних домов в горы. Я позвонил Джейлин, попросил ее перекрыть ему отход с той стороны. Она заверила, что мимо нее он не проскочит.

– Отлично, – сказал Лукас. – С ней два снайпера, так что все в порядке. Глен, ты остаешься с нами. Мы врываемся в дом через главный вход, молча. Говорить начинаем только внутри.

– Хорошо бы там, у двери, было хоть что-нибудь, за чем можно укрыться от его пуль, – пробормотал шериф так спокойно, словно речь шла о чем-то совсем обыденном.

Лукас снова вспомнил видение Саманты, рассчитывая, что она, как и прежде, не ошиблась и что все произойдет буквально так, как она рассказывала. Посмотрев на часы, он сделал рукой знак остальным и, пригибаясь к земле, быстро и бесшумно побежал вниз по склону холма к сараю.

Приближаясь к строению, Лукас услышал тихий шум и подумал, что это Гилберт заливает в «хаммер» бензин из канистр, собираясь удирать из своего логова. В душе он обрадовался – бензобак у «хаммера» громадный. Чтобы его заполнить, нужно минут пять, не меньше.