Маша тяжело переживала Катино поведение. Ведь она только-то и хотела, что увидеть Алешу. Маша уже настроилась на эту встречу, ан нет, снова не получилось.

Маша вернулась к Ксюхе на работу, и та сразу же заметила, что настроение у Маши на нуле.

— Машка, что случилось?

— Я ходила к Леше.

— Это он тебя расстроил? — удивилась Ксения.

— Нет, я его даже не увидела… — обреченно ответила Маша.

— Тогда кто?

— Катя. Она открыла мне дверь и дала такой от ворот поворот…

— Даже не пустила в квартиру? — возмутилась Ксюха.

— Нет.

— Вот паразитка! Ну она у меня дождется! Я ей покажу!

— Да не надо ничего с ней делать…

— Это еще почему? Она поступила с тобой подло. А ты что, готова это простить? Нет, ты, конечно, тоже хороша — даже не увидела Алешу! Нет, чтобы самой с ним поговорить.

— Но она же меня не пустила…

— Ну и что? Надо было прорваться! Докричаться, в конце концов! И добиться того, чтобы увидеть Лешу! А ты? — Ксюха вздохнула. — Нет, видимо, придется мне самой туда идти.

— Зачем? — испугалась Маша.

— Затем, что пора твоему Леше вправить мозги. Он этой Кате слишком многое позволяет.

— Не ходи, все правильно, если Леша любит Катю, он должен быть с ней.

— Но ведь это ты его на ноги поставила! — напомнила Ксюха.

— Да, но он хотел поправиться ради Кати, а не ради меня. А то, что было между нами… Да и было ли… Всякие сны, предчувствия — это, видимо, все пустое.

— Нет, я тебя не понимаю… — развела руками Ксюха.

— Так что тебе не нужно туда ходить. Это ничего не изменит…

Маше просто не везло, и эта полоса невезения все тянулась и тянулась. Казалось, что ей не будет конца. Встреча с Алешей становилась невозможной.

Маша прошлась по солнечному городу, раздумывая о том, что много людей могут видеть Алешу, а вот она почему-то нет. От этих мыслей ей стало еще грустнее. Уже подходя к своему дому, она увидела Толика, который радостно бросился ей навстречу:

— Какая удача, что я тебя встретил! Я как раз шел к тебе, хотел тебя увидеть. Как ты?

— Нормально.

— Я все знаю… Знаю, что тебя держали в тюряге. Прости, что не пришел раньше, — говорил Толик, немного запыхавшись.

— Ничего. Все уже в прошлом.

— Это точно! Я очень рад, что они разобрались и отпустили тебя. Может, сходим куда-нибудь, отметим твое возвращение? — Толик входил в роль галантного кавалера.

— Нет, извини. Нет настроения. Тогда Толик сменил тактику:

— Маша, вообще-то, мне надо с тобой поговорить…

— Пошли в дом. Чаем тебя заодно напою. На это Толик и надеялся!

— Пошли! — радостно сказал он.

Они устроились пить чай, и все было для Толика хорошо, но он как всегда спросил не о том, о чем следовало бы спрашивать.

— А как твой инвалид, как его — Леша, кажется?

— Почему ты спрашиваешь? — удивилась Маша. Толик и сам не знал, почему.

— Ну… Ты за ним по-прежнему ухаживаешь?

— Нет, он уже выздоровел, у него теперь есть невеста, я даже и не вижу его больше.

Тут Толика осенила какая-то догадка, и он ее тут же озвучил:

— А ты, случаем, не из-за него в тюрьму попала?

— Нет, что ты, он здесь ни при чем! — поспешно ответила Маша.

— Точно? — сурово спросил Толик.

— Ну конечно, точно, что за глупости!

— Но если я узнаю, что он был замешан в том, что ты сидела в СИЗО, я ему все ноги переломаю! Заново себя собирать будет, — предупредил Толик.

— Толик, ну зачем ты так… — остановила его Маша.

— Затем, что за тебя я любому пасть порву. Если что — ты мне сразу говори, я за тебя заступлюсь, ты не думай, я не просто так говорю… Я серьезно! — Толик был готов ради Маши на все.

— Хорошо, — произнесла Маша голосом, ублажающим глупого ребенка.

— И вообще, любому, кто тебя обидит, я оторву башку! — добавил Толик.

— Спасибо. Я учту, — улыбнулась Маша. Толик, к счастью для Маши, пробыл недолго, потому что у него были дела. Маша его проводила, зашла к себе в комнату и снова загрустила.

— Машуль, что с тобой? — поинтересовалась Зинаида.

— Все в порядке.

— Тебя Толик чем-то расстроил? Вы поругались? — заволновалась Зинаида.

— Нет, нет, что ты. Толик очень милый, наоборот, хотел меня поддержать… Сказал, что убьет любого, кто меня обидит.