Шрифт:
Не поднимая головы с подголовника, Джорджия повернулась к Юмуру:
— Вы не возражаете, если я задам вам несколько вопросов о Сьюзи?
— Нет, не возражаю. Когда я говорю о ней… мне становится легче. Она была хорошим другом. Близким другом. — Последние слова он проговорил хриплым голосом. — Я очень ее любил.
Джорджия помолчала, чтобы он успокоился. Когда они доехали до конца подъездной аллеи, Юмуру остановил машину:
— Где вас высадить?
— На Ки-Бич, Ньювью Караван-парк. Там живет моя подруга. Это нетрудно?
— Нетрудно.
Он повернул налево.
— Сьюзи давно работала на вас?
— Она появилась у нас пять лет назад, предложила свои услуги в фармакологии. Немногие хотят работать в клинике на отшибе, так что я ухватился за нее обеими руками. — Юмуру вздохнул. — У нее было странное чувство юмора.
Он рассказал, как Сьюзи любила подшутить над кем-нибудь, какой вела образ жизни, как ладила с больными, а тем временем они добрались до Т-образного перекрестка. Юмуру свернул налево и, решив обогнать седан с железной лодкой на буксире, нажал на газ.
— Вам известно, каким исследованием она занималась для себя? — спросила Джорджия. — Роберт что-то сказал о крокодильей сыворотке.
Юмуру так крепко ухватился за руль, что у него побелели костяшки пальцев. Джорджия поняла, что попала в цель, однако, когда он заговорил, голос его звучал ровно, да и руки вновь спокойно лежали на руле.
— Она не говорила. Я дал ей кое-что из оборудования, вот и всё.
— Но разве у нее не было перед вами никаких обязательств? Наверняка вы имели представление о том, чем она интересуется, — стояла на своем Джорджия. «Ведь она была вам близким другом», — хотела сказать Джорджия, но промолчала.
— Это как-то связано с артритом. Ее бабушка ужасно от него мучилась. Сьюзи приходилось посылать ей в Китай много глюкозамина. Далеко не все посылки доходили, но она все равно посылала и посылала. Кажется, половина ее жалованья уходила на них. Это ведь ужасно дорого.
Мягко притормозив перед крутым поворотом, Юмуру проехал его, потом опять увеличил скорость. Он был отличным водителем, и Джорджию даже не тряхнуло.
— Сьюзи ведь китаянка, правильно? С китайским паспортом. Она получила разрешение на работу? Визу?
Юмуру посмотрел на нее с наигранным испугом:
— Пожалуйста, только не говорите, что ваша работа в издательстве всего лишь прикрытие и на самом деле вы представитель иммиграционных служб.
Джорджия засмеялась:
— Честное слово, нет.
Юмуру тоже улыбнулся:
— Если честно, я и не проверял, так как был благодарен судьбе за высококвалифицированного специалиста. Каждый месяц я платил Сьюзи наличными, и это устраивало нас обоих.
Итак, подумала Джорджия, Сьюзи вполне могла быть нелегальной иммигранткой. Интересно, как это связано с вопросами и поведением китайцев? Кожаный Пиджак сказал, что Ли Денхэм похитил Сьюзи. Зачем ему это понадобилось?
— Насколько я слышала, вчера на вашу аптеку было совершено нападение?
— Да. Унесли, в общем-то, немного. Пару компьютеров. Мы заменим их, получив страховку. Больше беспорядка, чем настоящего урона. Сами видели.
— Полагаю, на личные помещения никто не посягал?
Юмуру удивленно дернул головой:
— Нет. Мне не говорили. А что?
— Просто пришло в голову.
Юмуру повернул направо и влился в поток машин, направлявшихся на север. Еще один долгий разворот — показался Ки-Бич. Сияющий белый песок, сверкающая зелень пальм и океан бирюзового цвета. Они как будто въезжали в путеводитель, купленный перед отпуском.
— Вы знаете Ронни Чена? — спросила Джорджия. — Ну, чей труп нашли неподалеку?
— Знаю ровно столько, сколько было написано в газетах.
Въехав на стоянку для автоприцепов и фургонов, Юмуру оглядел пустые фургоны и полупустой бассейн, на поверхности которого после бури плавали листья и ветки.
— Эви тут? — спросил он. — Похоже, сезон еще не начался.
Джорджия не сомневалась:
— Тут она.
— Вы давно с ней знакомы?
— С детства.
Юмуру подъехал к свежевыбеленной конторе, но мотор не выключил. Тогда Джорджия вылезла из машины, захлопнула дверцу и нагнулась к открытому окошку:
— Спасибо, Юмуру. Вы были на высоте.
Он подался к ней. Никакого дружелюбия не осталось и в помине. Джорджия отступила.
— Если опять вздумаете шпионить в моей клинике, вам несдобровать. Понятно?
Джорджия судорожно сглотнула слюну:
— Да.
Не сказав больше ни слова, он развернул «лендкрузер» и поехал прочь.
19
Джорджия вздохнула с облегчением, когда увидела Эви, распахнувшую ей свои объятия. Утонув в них и вдохнув горький запах пота аборигенки, смешанный с ароматом специй и жареного мяса, Джорджия вновь почувствовала себя маленькой девочкой. Никто на всем свете не умел обнимать лучше Эви.