— Э-э-э… Спасибо, конечно. Я польщен, — сказал Евгений. — Но орел — другая птица. Я — пингвин. Мы, пингвины, на орлов не похожи. Даже в родстве не состоим.

— Да, действительно… Орел — это слишком, — согласился Крот и задумался. — Но о пингвине здесь ни слова. Признавайся, где ты находился во время ограбления? На стреме стоял, да?

— Я… не помню, где я был во время ограбления, — промямлил Евгений.

— Ага! — обрадовался Крот. — Значит, ты признаешь, что участвовал в ограблении! Инспектор, запишите: «Пингвин Евгений сознался в соучастии в ограблении мавзолея Ширамыра шестьдесят лет назад…»

— Как шестьдесят лет назад?! — поразился Евгений. — Да меня еще на свете не было!

— Ну надо же… Все продумали, разбойники! — возмущенно сказал Крот инспектору.

— Да что я продумал?! — вскричал Евгений.

— Все! — ответил Крот. — Теперь понятно. Ты совершил это ужасное преступление в прошлой жизни, когда был орлом! Что, полагал, не придется отвечать за свои злодеяния? Думал, переродился, и все забыли? Не выйдет! Надо отвечать за свои преступления, в какие жизни они бы не были совершены! Наказание всегда настигнет преступника!

Инспектор почесал за рогом и сказал разбушевавшемуся Кроту:

— Мне очень жаль… Но на преступления, совершенные в прошлых жизнях, закон пока не распространяется. Нам нужно, чтобы злодейство было совершено в этой жизни.

— Я не собираюсь совершать злодейство в этой жизни! — возмутился Евгений. — Вам нужно, вы и совершайте!

— А ты за нас не беспокойся! — заявил ему Крот. — Ты за себя беспокойся!

— Я за себя беспокоюсь, — заметил Евгений. — И очень сильно.

— Ладно, — устало сказал инспектор Кроту. — Признается, куда денется. И не таких обламывали. А пока запишем: «Пингвин Евгений сотрудничать со следствием отказался. Сам же потом рад не будет».

Инспектор вызвал охранника и велел увести задержанного пингвина и привести лиса.

Улисс выглядел спокойным и уверенным в себе. Он совершенно точно знал, что расхитителем могил не являлся, а раз совесть чиста, то и волноваться не с чего.

— Ну что, будем сознаваться? — без всякой надежды на успех спросил инспектор.

— Да, я сознаюсь, — сказал Улисс.

— Так-так? — оживился инспектор.

— Я сознаюсь в том, что не сделал ничего предосудительного, — заявил Улисс.

— Эх. — Лось сокрушенно покачал головой. — А так хорошо начали. Я уже, можно сказать, обрадовался. Ну что вам стоит признаться? Сэкономим кучу сил и времени, спокойно пойдем спать. Сами подумайте, грабить могилы — это же очень плохо! Вы только представьте, как мало у мертвецов радости в жизни… в смерти. Как они привязаны к этим своим драгоценным безделушкам. Поставьте… уложите себя на их место.

— Ни я, ни мои друзья могил не грабим, — твердо сказал Улисс.

Инспектор огорченно вздохнул.

— Вас застукали в склепе Уйсуров, — уныло напомнил он.

— Не только нас, — заметил Улисс. — Еще и трех сверхобезьянцев. Но их вы почему-то отпустили.

— Они невиновны, — сказал лось.

— Тогда и мы невиновны. Потому что условия, при которых задержали нас и их — совершенно одинаковы.

— Нет, не одинаковы, — возразил инспектор. — Известный специалист и эксперт Бенджамин Крот уже знает вас как грабителей.

— Это личные фантазии известного специалиста и эксперта Бенджамина Крота, — сказал Улисс. — Никаких доказательств у него нет.

Археолог повернулся к лосю:

— Уважаемый инспектор, позвольте мне поговорить с задержанным наедине. Мне кажется, мы сможем прийти к решению, которое всех устроит. Я поговорю с ним как ученый с ученым, ведь он тоже археолог.

— Не положено! — возразил инспектор. — Что это за допрос — без полиции? И потом, меня это обижает.

— Это не займет много времени, — заверил его Крот. — А результат устроит всех, вот увидите. Вы не только не обидитесь, но будете весьма довольны.

Лось снова почесал за рогами. Вид у него пока что был далек от довольного.

— Ладно, — согласился он. — Попробуйте. Но мне это не нравится!

— Спасибо, господин инспектор! — обрадовался Крот.

Лось, что-то бурча себе под нос, вышел из кабинета. Бенджамин Крот наклонился к Улиссу и заговорщически сказал:

— Послушайте. Давайте договоримся. Вы мне рассказываете, что вы уже обнаружили в поисках карты саблезубых, а я заявляю, что ошибся, и вы невиновны.

— Мы действительно невиновны, — ответил Улисс. — И подобное предложение не делает вам чести.

— А что делает? — поинтересовался Крот.

— Не знаю. Что-нибудь другое.

— Зря вы так, — укоризненно произнес археолог. — Ну сами посудите, зачем вам сидеть в участке? Ведь пока вы здесь, никакой карты вы точно не найдете!

— Это я в вашем сне наболтал про карту? — спросил Улисс.

— Да, — подтвердил Крот.

— Ужасно… — помрачнел Улисс. — И как это меня угораздило…

— Да ладно вам! У меня же к сокровищам саблезубых чисто научный интерес!

— Неужели?

— Разумеется! А зачем же еще ученому богатства?