Он назвал сумму, от которой у нее радостно подпрыгнуло сердце. Тысяча пятьсот фунтов единовременно! А в конце – опять кругленькая сумма… И еще ей нужен дом, где жить…

Она бросила на Роба взгляд из-под ресниц и для смелости сделала глубокий вдох.

– Вы сказали, что снимете мне дом? Мне понадобится дом достаточных размеров. Вилла в Туикнеме [5] вполне подойдет.

Роб не обиделся. Наоборот, это его развеселило.

– У меня такое ощущение, как будто у меня будет любовница, а не жена, мэм.

В голове у Джемаймы сами собой закружились фривольные видения: Роб навещает ее на вилле… будуар… смятые простыни… его рука у нее на теле… Ей стало жарко, и она вздрогнула. О чем она думает! Их соглашение исключительно деловое.

– Прошу прощения, – сказала она ровным голосом. – Я выросла на улице и вынуждена за все бороться, лорд Селборн. Извините меня, если мои слова прозвучали так, словно я хочу заключить выгодную сделку.

– Я все понимаю. – Роберт внимательно за ней наблюдал. Джемайма знала, что от него не укрылся появившийся у нее на щеках румянец, и надеялась, что он отнес это к ее смущению, а не к возбуждению. – Поскольку я требую осторожности в этом деле, то сознаю, что должен обеспечить вас подходящим жильем.

Джемайма облегченно вздохнула. Она и не ожидала, что все так легко образуется. Кажется, Роб Селборн – добродушный человек, и, конечно, это соглашение ему нужно не меньше, чем ей. В то же время она чувствовала, что он не бесхарактерный. Ей уже пришлось наблюдать жесткость под веселой наружностью.

Джемайма решилась рискнуть и, преодолев сомнения, выговорила:

– И еще, если можно, я бы хотела карету.

– Мой поверенный всем займется. – Роб улыбнулся Джемайме. – Сделка заключена, не так ли, мисс Джуэлл?

Джемайма улыбнулась в ответ.

– Полагаю, что так, сэр.

– Я достану особое разрешение. – Роб замолчал, словно что-то вдруг вспомнил. – Вы ведь совершеннолетняя, надеюсь, и можете выйти замуж без согласия родителей?

– Мне двадцать один год, сэр, – засмеялась Джемайма. – А вам?

Роб удивленно поднял брови – он не ожидал столь прямого вопроса.

– Мне двадцать шесть, мэм.

Джемайма, склонив голову набок, внимательно на него смотрела, и ему стало неловко от такого разглядывания.

– Временами вы выглядите старше, – сказала она. – Наверное, вы многое повидали.

Взгляд его сделался отстраненным.

– Боюсь, что это одно из последствий военной карьеры, – резко ответил он и взял Джемайму за руку. – Я дам вам знать, когда все будет готово.

– И дом… и деньги?

– Все будет готово, как только мы обвенчаемся, – улыбнулся Роб. – Мой нотариус составит контракт, мисс Джуэлл.

Клянусь, что не обману вас.

– Я знаю, – ответила Джемайма. – Вы сказали это раньше… когда дали мне гинею.

Роб протянул ей руку.

– Благодарю вас, мисс Джуэлл.

Джемайма вложила свою ладонь в его, и, хотя его ладонь была прохладной, ее бросило в жар. Она хотела выдернуть руку, а Роб ее не отпустил и внезапно спросил:

– Как ваше имя?

Неужели он не знает? – удивилась Джемайма. Между ними уже столько всего произошло, а он не знает ее полного имени.

– Мое имя Джемайма Мэри Джуэлл. Вам это надо для разрешения на брак?

– Да. Но я вас спросил не только поэтому. Джемайма Мэри. Звучит красиво. А мое имя вы уже знаете – Роберт.

– Просто Роберт?

– Нет. – Роб смутился. – Роберт Гай Лусиус Кавендиш Селборн.

Джемайма закусила губу, чтобы не улыбнуться.

– Неудивительно, что вы остановились на имени Роб.

У нее навряд ли появится возможность называть его по имени. А жаль.

– Почему вы предложили мне выйти за вас? – вдруг спросила она. – Почему выбрали меня? Я знаю – вы говорили, что другие леди на свадьбе вам не подошли, но почему я?

Наступило молчание. Зачем я спросила? – подумала Джемайма. Она ведь понимала, что он выбрал ее потому, что ее можно купить.

– Я сделал вам предложение, так как подумал, что вы согласитесь, – сказал он и улыбнулся. – И я рад, что вы это сделали. – Роб указал на вуаль, аккуратно сложенную на столике. – Вы уверены, что не передумаете?

Джемайма покачала головой. Неужели он считает, что она ради корысти отвергла жениха, лишь бы принять более выгодное предложение? Если так, то как же он ошибается! Брак с ним – ее единственная надежда на спасение от отца. По крайней мере хоть это он понял.

– Обещаю, что не передумаю, – с улыбкой заверила она и сделала шаг к двери, чтобы проводить его.