Шрифт:
Раскрыть вам содержание комедии
И вместе с тем поведать про любовь свою.
Не стану, впрочем, делать, как под действием
Любви другие делают в комедиях:
Дню или ночи, солнцу и луне они
Рассказывают о своих несчастьях,
А тем, я полагаю, вовсе дела нет
До жалоб и желаний человеческих.
[* В любви пороков много: огорчения,
Заботы и разборчивость чрезмерная,
А это ведь не одному влюбленному,
20 Но всякому, кого постигнет, тяжкое
Несет несчастие, и без большой беды
Никто не обойдется, разумеется,
Коль более, чем следует, разборчив он.
Затем еще, о чем я не сказал пока,
Бывает также при любви бессонница,
И горе, страх и бегство, заблуждение,
И глупость, и нелепость, опрометчивость,
И бестолковость, невоздержность крайняя,
И дерзость, похотливость, зложелательство,
30 И жадность, зависть, лень, тоска, бездействие,
Нужда и расточительство, придирчивость,
Болтливость, скудость речи. О болтливости
Упомянул я по такому случаю:
Влюбленный очень часто склонен выболтать.
Что к делу не имеет отношения
И пользы не приносит. А о скудости
Словесной по такой причине я сказал:
Ведь ни один влюбленный не бывает столь
Искусен в красноречии, чтоб мог сказать
То, что могло бы для него полезным быть.
И вы не ставьте мне в вину болтливости;
Венерой мне она была завещана
В один и то же день с моей влюбленностью.
Вернусь назад, дела вам расскажу свои.]
Вам лучше расскажу свои страдания.
(Комедия написана Филемоном, [307]
10 По-гречески она зовется "Emporoz".
У нас — «Купец», так Макций Тит [308] назвал ее.)
Отец меня отправил торговать в Родос,
Два года уж, как я уехал из дому.
В какую там влюбился я красавицу!
Но расскажу, как в сети к ней попался я,
Коли вы благосклонно слушать будете.
Тут отклонюсь я от других любовников…
. . . . . . . . . .
307
Филемон — выдающийся представитель новоаттической комедии IV–III в. до н. э., автор 97 драм, из которых известно 60 названий. Кроме трех пьес, переработанных Плавтом (кроме «Купца» — "Три монеты" и "Привидение"), из его пьес сохранились только отдельные фрагменты.
308
Макций, или Макк Тит — Плавт
40 Как только я из юношеских вышел лет [309]
И к интересам охладел ребяческим.
Влюбился сильно здесь в одну прелестницу,
И денежки без ведома отцовского
Сейчас же стали к ней перекочевывать.
Бесстыдный сводник, женщины владелец той,
Что мог, тащил к себе домой грабительски.
Отец меня бранил за это день и ночь,
Бесчестность, плутни сводников подчеркивал:
Добро, мол, наше тает, а у них растет,
То с криком нападал, то про себя ворчал,
309
Как только я из юношеских вышел лет… — В подлиннике "из эфебов". Эфебами в Афинах и других греческих городах назывались юноши старше восемнадцати лет. До восемнадцати лет юноши находились под присмотром домашнего раба-дядьки, а затем школьного учителя. В восемнадцать лет они вносились в гражданские списки и два года служили в воинских формированиях, находясь на государственном обеспечении.
50 Не раз и отрекался от меня совсем,
Кричал повсюду в городе и всем твердил,
Чтоб опасались в долг мне верить: многие
Наклонны к тратам от любви безумнейшим.
Несдержанно, без меры, не щадя отца,
Тащу, мол, что могу я, разоряю дом,
Мотаю, расточаю нерасчетливо
Из-за любви, что он с расчетом тщательным
Скопил, неся труды при этом всякие.
Живой позор в моем лице он столько лет
60 Питает; если нет стыда, к чему и жить!
Вот сам он, чуть из юношеских вышел лет,
Не то что я, с безделья не любви служил,
Да к этому и не было возможности -
Так строго содержал его тогда отец.
В деревне занят черною работой был
И мог он в город съездить лишь на пятый год:
На плащ Афины еле взглянет [310] — и тотчас
Назад в деревню гонит уж его отец.
И там гораздо больше всех домашних он
70 Работал, вечно слыша от отца одно:
"Себе ты пашешь, сеешь, жнешь, себе, себе!
Тебе же и доставит радость этот труд".
310
На плащ Афины еле взглянет… — Центральным эпизодом праздника Панафинеи в честь богини города Афин, справлявшегося раз в четыре года, была большая процессия с жертвенными животными и с новыми роскошными одеждами для статуи Афины в Эрехтейоне, которые афинские девушки ткали в течение нескольких месяцев.
И вот с отцовским телом распростился дух.
Он продал землю и на эти денежки
Корабль купил, метретов [311] триста емкостью.
Товары отовсюду до тех пор возил,
Пока не приобрел того, что есть теперь.
И мне б так надо, если бы я был таким,
Как надо быть. Чуть только убедился я,
Что ненавистен и противен сделался
80 Отцу, кому бы следовало нравиться,
Как ни любил безумно, укрепил свой дух.
"Коль желаешь, торговать отправлюсь я,
311
Метрет — сосуд емкостью около 39 литров. Таким образом, судно в триста метретов могло быть небольшим, но удобным для частых торговых поездок по скупке товаров, для ввоза товара в Афины и продаже оливкового масла.